Выбрать главу

Я выпустил всю свою злость и напитал Кочергу мимолетной оплеухи духовным огнем, после чего размахнулся и метнул оружие. Сделав пару переворотов в воздухе, кочерга ударила всадника по затылку, высвободив духовный огонь. Удар оказался сильным. Наездник свалился с лошади, и его тут же прирезали подоспевшие союзники.

Впереди валялись перевернутые прилавки и повозки. Я принялся продвигаться к кочерге, перебегая от одного укрытия к другому и прикрываясь духовным щитом. Возможно мне показалось, но я ощущал примерное местоположение брошенной кочерги, благодаря чему быстро отыскал свое оружие на поле боя.

Со стороны квартала школы боевых искусств из-за массивной входной арки показалась группа в боевых доспехах. Несколько человек тащили тяжелые тюки с награбленным. Один из них выделялся яркими красными боевыми доспехами. Я пришел к логичному выводу, что это и есть Кровавый Харудо. Тот самый тип, что сжег мой особняк и чьи люди чуть дважды не отправили меня на перерождение. Я применил духовную Суть и узнал, что противник находится на ступени Бойца. На Адепта лезть не стоило, конечно, но с Бойцами я уже имело дело! Неужто у меня появился шанс поквитаться за все содеянное мерзавцем?!

— Какие люди! — поднял забрало Харудо, явив миру свое холеное личико. Но несмотря на смазливость, в паре мест на лице виднелись шрамы. Все же стезя наемника не способствовала спокойной жизни без травм и ранений. — Мы решили заскочить в Ткачей перед уходом, но не думали, что наткнемся на такой подарок. Ублюдок Ли, за этим явился?!

Мужчина в красных доспехах материализовал из своего огненного хранилища длинный красивый клинок с прорезью вместо дола.

— Что это? — приподнял я бровь.

Мой вопрос ввел наемника в ступор на несколько секунд:

— Твой Кровопускатель, идиот. Совсем память отшибло?!

— Ах, Кровопускатель, — я понял, что речь идет о старом оружии Ли Кона. Которое мне уже не требовалось. — Можешь оставить зубочистку себе. Харудо! Ты сжег мое поместье, со своими людьми неоднократно пытался меня убить! Пора нам сделать Кровавое Месиво из Кровавого Харудо! — рыкнул я и, прикрывшись духовным щитом, ринулся в бой. За мной последовало несколько солдат.

Вожак обнажил клинок, осветившийся багровыми искрами, и прикрылся духовным щитом. Харудо владел той же техникой, что и я. Кочерга с диким скрежетом и рассыпающимися яркими серо-багровыми искрами столкнулась с тяжелым мечом. Такое ощущение, словно я по фонарному столбу ударил. Копейщики и Сати связали боем подручных Харудо, дав мне возможность провести дуэль с ненавистным противником.

Вот только короткая схватка с Кровавым Харудо принесла сплошное разочарование. Доспехи негодяя делали удары сильнее, а его броню почти невозможно было пробить даже серым разрывом. Ко всему прочему Харудо умел фехтовать и легко предугадывал мои движения. С сожалением я вынужден был признать, что проигрываю ему по всем статьям. Харудо был намного сильнее Хутонга и превосходил павшего Катсу. Лишь скоростная кочерга позволяла мне парировать его стремительные и хитрые атаки. Я решил не рисковать своей жизнью, придумывая нечто сумасбродное, а подождать, пока войска гуна и местные защитники разберутся с его приспешниками.

Однако Харудо внезапно совершил высокий прыжок и сам разорвал дистанцию. Сервоприводы забросили наемника на стену, которая шла по периметру школы ткачей пекла.

— Отходим! — рявкнул он. — На этом наши дела в Чайфу окончены…

Похоже, подкрепление из обученных и экипированных солдат гуна изменили мнение главаря, и он решил не задерживаться. Из квартала ткачей и других уголков города потянулись другие наемники с набитыми сумками и тюками с награбленным. Почти все бандиты благодаря доспехам могли запрыгивать на стены или крыши невысоких домов. Впрочем, я тоже после перехода на новую ступень мог скакать довольно высоко.

— Еще свидимся, Ублюдок Ли! — махнул мне рукой Кровавый Харудо с одной из крыш, наполовину охваченной пожаром. После чего унесся прочь.

Сати взглянула на меня с немым вопросом на лице. Следовало решить, отправляемся ли мы в преследование или нет.

— Ваше высочество! — остановил Чинсук мой порыв. — У нас нет сил, чтобы преследовать их по пересеченной местности!