– Дейзи, эти снимки – чистое золото.
Пожилая дама посмотрела на него так, будто он только что подарил ей жемчужное ожерелье.
– Правда?
– Правда. Двадцать четыре карата золота. Эти снимки оборудования мне очень пригодятся.
Он замолчал.
Воспоминания об унижении во время обеда были еще слишком свежи… Но они же давали стимул продолжить расследование и все-таки написать главу о Бэттсе и его фальшивых приборах. Теперь уж он точно не вернется в Бостон, пока не получит компромат на мошенника Бэттса.
Уэллстоун собирался увеличить эти фото и тщательно изучить каждую деталь в уверенности, что где-то там скрыт ключ к разоблачению шарлатана. Например, эта большая камера в футляре – он уже видел ее в руках Мюллера.
– Не могли бы вы еще раз посетить съемочную площадку?
Благодарный взгляд Дейзи превратился в немного встревоженный.
– Но… как я им объясню, зачем пришла?
– Предложите свои услуги еще раз, но не для съемок… просто помощь в исследованиях, понимаете? Вы же столько всего знаете. И конечно же, у вас много знакомых среди местных жителей, а у Бэттса их нет. Уверен, что вы сможете убедительно объяснить, почему должны и впредь ему помогать. Они не говорили, куда отправятся дальше, закончив с домом Монтгомери?
– Было что-то насчет съемок, связанных с Саваннским вампиром.
– Превосходно! Как только я подготовлюсь, сразу позвоню вам. – Он помедлил. – Знаете, если вы сумеете еще чем-нибудь помочь мне, то, возможно, мне придется назвать вас своим соавтором.
Она зарделась от смущения.
Он помахал перед ней телефоном.
– Вы не возражаете, если я пошлю эти фотографии на свой телефон?
– Нисколько не возражаю, – ответила она, вставая. – А вы не против, если я подогрею ваш чай?
В первое мгновение Уэллстоун не понял вопроса. Затем увидел, как Дейзи подошла к буфету и вернулась с бутылкой «Вудфорд резерв».
– Ух ты! Спасибо, Дейзи! – Он достал из кармана свой телефон и откинулся в кресле. – С удовольствием. С большим удовольствием.
28
Тоби Мэннинг взобрался на чугунную кованую решетку и попытался перебросить ногу через острые зубцы, но зацепился брючиной и под громкий треск рвущейся ткани свалился по другую сторону ограды. Не то чтобы он сильно пострадал, просто его немного встряхнуло. Его приятель Брок Кастис расхохотался при виде этого зрелища.
– Еще раз так плюхнешься на задницу, и половина мертвецов вылезет из могил и покажет тебе средний палец, – сказал он.
– Лучше бы помог мне встать, ушлепок, – сказал Тоби.
Все еще смеясь, Брок протянул руку и помог приятелю встать. Тоби взглянул на свои джинсы и увидел двухдюймовую прореху.
– Вот черт!
Он раздраженно смахнул с себя листья и грязь, а потом огляделся.
– Жутковатое место.
В ночном небе висела полная луна. Клочья стелющегося тумана плыли среди кривых дубов и призрачных силуэтов могильных камней. Брок унял смех и вытащил из кармана пинту ликера «Южный комфорт».
– На, глотни.
Тоби схватил бутылку, сделал пару основательных глотков и только потом вернул ее обратно. Внутри растеклось приятное тепло, и настроение сразу улучшилось.
– Могила должна быть в самом конце, у реки, – сказал он.
– Показывай, засранец.
Тоби вытащил мобильник, к счастью не пострадавший при падении, и включил подсветку. Слабый огонек осветил гравийную дорожку, уходящую в туманную тьму кладбища Бонавентура. Тоби поежился:
– Дай еще разок глотнуть.
Брок протянул ему бутылку. Тоби осушил ее и передал приятелю. Брок с мрачным видом уставился на пустую посудину.
– Ты высосал весь «Южный комфорт», – сказал он и бросил бутылку через плечо.
Послышался звон разбитого о могильный камень стекла, и Тоби поморщился.
– Три очка! – ухмыльнулся Брок, доставая еще одну пинту. – Ты уж поаккуратнее с этой.
Он открутил крышку, и оба отхлебнули еще.
Затем они двинулись по тропинке между рядами поросших мхом кряжистых деревьев, гравий хрустел под ногами. Прежде Тоби не приходилось видеть так богато украшенные могилы: миниатюрные греческие храмы, мраморные ангелы, огромные обелиски, кресты, урны и мраморные плиты. Возле увитого плющом пня стояла статуя маленькой девочки из белого светящегося мрамора с самым печальным лицом, какое только можно представить. На подножии было выгравировано имя: «Грейси».
Брок внезапно остановился.
– Посмотри на нее. Знаешь, почему она такая грустная?
– Нет, – ответил Тоби.
– Твою ж мать, да потому что она мертвая!
Он залился смехом и поплелся дальше по тропинке, выписывая кренделя.
– Бог ты мой, – пробормотал Тоби, покачал головой и пошел следом, уже начиная сомневаться, что это была удачная затея.