К ней подошел Бэттс:
– Послушай, какой у меня план. Мюллер говорит, что ему удалось сделать потрясающие, особенные фотографии. А здесь уже собралась пресса, даже из национальных изданий. Отличная возможность для бесплатной рекламы фильма.
Гэннон кивнула.
– Мюллер собирается показать свои фотографии прямо сейчас, когда вокруг столько народа и репортеров. Мы должны заснять все это.
– Фотографии чего?
– Скажет он, как же. Ты же знаешь этого старого осла. Но он уверяет, что получил фотографии «спиритуальных турбуленций».
– Так эта штуковина цифровая?
Гэннон казалось, что снимать привидения нужно на пленку.
– Тебе виднее.
Такой камеры, как у Мюллера, она никогда не видела. Просто прекрасная, с корпусом из красного дерева, сверкающая бронзой и хромом. Судя по тому, как зеваки и репортеры бродили за Мюллером между могилами, словно за Крысоловом, пока он делал что-то вроде снимков с большой экспозицией, намечалось то еще представление.
– Где все произойдет? – спросила Гэннон.
– На открытом участке. Примерно через десять минут.
– Мы будем на месте.
Она связалась по громкой связи с операторами и распорядилась встать по другую сторону площадки: один снимет крупный план, второй – дальний. Репортеры теряли терпение. Пресса всегда голодна до сенсаций, и Мюллер обещал их предоставить. Бэттс вполголоса посовещался с Мюллером, потом встал на мраморную плиту – вот тебе и уважение к усопшим! – и хлопнул в ладоши. Рядом стоял Мюллер, бережно прижимая к себе камеру.
– Леди и джентльмены! – крикнул Бэттс, водя короткими руками в воздухе. – Леди и джентльмены, прошу внимания!
Разгоряченная толпа рванулась к нему, репортеры пробивались в первые ряды с камерами в руках, микрофоны раскачивались над головами. Гэннон поразилась тому, как ловко шеф перетянул внимание прессы на себя и Мюллера.
– Как вы знаете, – продолжал Бэттс, – среди нас находится знаменитый исследователь паранормальных явлений доктор Герхард Мюллер. Похоже на то, что его оборудование зафиксировало здесь необычно активные проявления сверхъестественного. Доктор Мюллер, расскажите нам, что вы обнаружили.
Мюллер, изобразив на лице скромность и сомнение, поднял голову и оглядел толпу, дожидаясь, когда все затихнут. Камеры Гэннон заработали. Полицейские, охраняющие периметр, настороженно наблюдали за всеми.
– Мои инструменты, – начал Мюллер глубоким, звучным голосом, – зарегистрировали мощные паранормальные потоки. – Он выдержал паузу. – Сильные манифестации зла. – При этих словах толпу накрыло молчание. Они произвели впечатление даже на говорливых репортеров. – И я получил доказательства присутствия сверхъестественного. Они здесь. – Он потряс в воздухе камерой.
– На них можно посмотреть? – выкрикнул кто-то.
Мюллер повернул голову в его сторону:
– Да, разумеется. Это и была моя цель – показать вам фотографии.
Толпа взволнованно зашевелилась. «Как он собирается их показывать? – задумалась Гэннон. – Здесь должно быть не меньше трехсот человек».
– Некоторые люди не доверяют моим трудам, обвиняют меня в манипуляциях с фотоснимками, – заявил Мюллер и поднял над собой камеру. – Но здесь находятся снимки, которые я сделал всего несколько секунд назад. Они покажут вам замечательные вещи, которые невозможно увидеть невооруженным глазом, но я запечатлел их с помощью собственных технологий получения мультиспектральных изображений. Это свежие неотретушированные фотографии. Сейчас вы убедитесь, что это правда, потому что получите возможность изучить их самостоятельно.
Он замолчал и обвел толпу суровым взглядом.
– Я сделаю эти снимки общедоступными, без всяких ограничений в использовании. Перешлю их из своей камеры прямо на ваши сотовые телефоны. Прошу всех убедиться, что у вас работает блютус, и выбрать в списке устройств «перцептивную камеру». Через тридцать секунд я отправлю вам три изображения.
Он отвернулся и склонился над камерой. Толпа загомонила, каждый нащупал свой мобильный телефон и начал лихорадочно водить пальцем по экрану. Ожидание стало невыносимым. Это был блестящий спектакль, даже больше чем просто спектакль, потому что Мюллер нашел способ превратить зрителей в участников представления. Следя за картинкой, поступающей на монитор с обеих камер, Гэннон не могла нарадоваться на работу операторов.
– Пересылаю, – сказал Мюллер и повернулся к зрителям.