— Хватит витать в облаках! — обломал меня Крауч. — Нам нужно разобрать… — он бросил взгляд на остатки особняка, — то, что осталось. За работу!
***
Война продолжилась, постепенно я отодвигался на второй план. А всё из-за Поттера и Блэка. Моя ценность для Скитер и ей подобных, была невысока, а всё из-за того, что многие журналюги попали под веяние того, что нам несла магловская мода. То есть — стали гуманистами.
Не сразу, не все, но мой стиль боя, предполагающий наиболее эффективное уничтожение врага — подвергался осуждению, к примеру, во Франции. В Англии тоже был слышен ропот, особенно со стороны Ордена Феникса. Поттер был шокирован моими силами, когда я показал их ему тогда, рядом с Белфастом, но теперь всё вернулось на круги своя.
Он по-прежнему меня недолюбливает. Ну, ещё и из-за нашего разговора с Дамблдором. То, что я убиваю, им, видите-ли, не нравится… Что же, по крайней мере, я знаю, что враг ко мне больше не придёт, поэтому и убиваю… В заботах пролетело полтора года. Война, согласно канону — была на грани завершения, не в пользу Министерства и Ордена. За это время многое произошло. Погибли братья Пруэтты, Марлин Маккинон. Моуди получил ряд ранений, хотя ему-то как раз было на это всё равно.
Выделялись Поттеры — бросившие Волдеморту вызов аж три раза, впрочем, как и Лонгботтомы. Я же столкнулся с ним лишь один раз за всё это время, на свою неудачу — прямо на Трафальгарской, мать её, Площади! Я общался с Селвином и Малсибером… И решил пройтись…
Лорд применил Адское пламя и направил его в ошарашенную толпу маглов… Я перехватил контроль над пламенем и отослал его в Лорда. Тот взмахом палочки погасил его.
— И что ты тут делаешь? — как простая прогулка могла превратиться во встречу с НИМ? Что не так с моей кармой? Конспиративная квартира в квартале отсюда, я шёл со встречи с Селвином… Неужели он выследил нас?
— Ха-ха-ха-ха! — безумно заржал Волдеморт. — А ты не знаешь мою политическую программу, а, Рэйдж?
— Ты решил о себе заявить…
— Не только в Лондоне, по всей Британии — мы уничтожим столько маглов, сколько сможем! Слушайте, маглы! Ваше время пришло!
— Ох и будет же работы у отдела стирателей памяти, — проговорил я, — Авада Кедавра! — заклинание ударило в раскинувшего руки Волдеморта. Ушёл в сторону он быстро, зелёная молния едва не прилетела в голову какому-ту подростку.
— Аккуратнее, мистер Рэйдж! — весело проговорил Волдеморт. — Ты ведь знаешь, что на кону!
— Вы арестованы! Руки вверх! — прокричали полицейские, нацелив на нас пистолеты.
Взмах палочки и я оглушил их… Лучше я оглушу их Ступефаем, чем Волдеморт приголубит Авадой. Сражение началось. Безоблачный денёк… Пятое августа тысяча девятьсот восемьдесят первого года надолго мне запомнится.
Волдеморт использовал Адское Пламя. Любит он его? За это время я тоже выучил парочку трюков. Всю площадь я огородил каменными стенами. Пламя столкнулось с камнем, стараясь его перебороть… Ещё не всё… Протего Диаболика!
Синее пламя вспыхнуло по периметру, не давая огню Волдеморта распространиться. Поняв всю бесполезность удара по площади, он сконцентрировал удар по мне… Земля начала буквально течь, как магма. Выйдя в полутрансгрессию, я взмыл в небо… Краткий миг на то, чтобы метнуть заклинание рассечения в Волдеморта… Раздался взрыв… Протего Диаболика свою задачу выполнила, нейтрализовав магию Адского Пламени… А вот моё Диссекто — пробила щит земли и, слава Богам, удар я нанёс вертикальным взмахом — пролетела, не задев маглов, влетев в Церковь Святого Мартина, располовинив ту на две части.
— Сука! — сматерился я.
Вверху появился Волдеморт и прямо в состоянии полутрансгрессии метнул в меня заклинание, что сшибло меня вниз, на землю. Усиление гравитации? А внизу, из-под земли появились Инферналы… И призыв нежити.
— Сентенариус! — заклинание землетрясения, главное правильно ограничить область. Образующиеся трещины в земле начали поглощать армию мертвецов. — Цео Арум! Инфернус Фламия!
Адский огонь, который я раздул смерчем — прошёлся по мертвецам, уничтожая их… БУХ!
Из-под земли вылезла огромная, массивная туша. Ростом бугай был под три метра, вооружён башенным щитом и чёрным фламбергом. В глазах горел пурпурный огонь.
— Нежить? Впервые такое вижу…
Авада прилетела мне в спину, я увернулся, но нежить подставила башенный щит на пути зелёного луча. Тот отрикошетил. Для простого Аврора это было бы фатально. Я увернулся и, выхватив катану, метнул её в сторону нежити.
— Рыцарь Смерти, — пояснил Волдеморт, приземлившись на плечо, — за каждый вызов требуется жертва, минимум в тысячу человек. Чем больше он убивает, тем сильнее становится, — улыбка этого монстра ужасала. — Рэйдж — я пожертвовал пятью тысячами человек на его создание… Они просто умерли, но знаешь, что самое ужасное? Они просто материал! Никчёмные маглы должны сидеть и ждать, когда волшебники захотят их убить… Чтобы вызвать такое произведение искусства… Ты прекрасный волшебник, Александр Рэйдж, но ты выбрал не ту сторону…
Рыцарь Смерти исчез. Появится сзади, он очень быстр! От удара фламберга я ушёл, а вот взмах башенным щитом пропустил, меня отправило в полёт… В голову, как будто, ударил молот. Кровь заполонила мой рот… Зубы? Придётся растить новые. Эта штука уничтожила все мои щиты одним лишь ударом, только воля вооружения меня спасла. А где это я? Национальная Галерея? Сволочь, он меня…
Змея из пламени упала прямо на здание, раздался взрыв… Здание вокруг меня начало рушиться… Маглы поняли, что происходит что-то не то и давно покинули площадь, только их вертолёты летали вокруг… Рыцарь смерти обернулся в сторону толпы маглов, что фотографировали его. А где Волдеморт? Авада? Чёрт! Нога застряла, я буквально разминулся со смертью. Взмах катаны оставил Волдеморту шрам на носу…
— УБЛЮДОК! Авада Кедавра! — зелёный луч был заблокирован стеной из железа, что я воздвиг. Сзади я почувствовал волшебников… Пришли, наконец… В Центре Столицы — раздрай, а они так долго шли…
— Круцио, — на грани сознания прошептал голос, Волдеморт закричал от боли.
— КТО ПОСМЕЛ?! — Селвин. Рискует похлеще Поттера!
Я высвободил ногу, и послал в Волдеморта убивающее. Затем Диссекту. От атаки молнией останки Галереи оплавились… Хорошо, что согласно постановлению «Об искусстве маглов», что было принято в 1888 году на съезде МКМ — все памятники и произведения искусства — копируются, минимум три раза. Мало ли, так что площади восстановят…
— Зря ты всё это делаешь, Том, — сказал появившийся Дамблдор, — ты только разрушаешь, — в голосе старика звучала печаль.
С этим соглашусь… За свою никчёмную жизнь, Волдеморт, кроме свидетельства своей никчёмности в виде крестражей, ничего не создал. Вроде, как есть ещё его дочь, но лично я, после прочтения, посчитал «Проклятое Дитя» — полуканоничным бредом (прим. Автора — печальная участь всего фанфикшена из 100 — 99 полный бред), а уж посмотрев на постановку в Лондоне — ужаснулся… Чернокожая Гермиона, хорошо хоть ориентацию остальным сохранили…
— ДАМБЛДОР! — прорычал Волди. — Решил показаться? Ничего! Скоро — я докажу вам, кто сильнейший! — пафосно раскинул руки он и, увернувшись от моей Авады, продолжил. — Говорят, появился равный мне, но я этот миф развею! ПОДЧИНИТЕСЬ, ИЛИ УМРИТЕ! — обвёл он площадь взглядом. — ВСЕ ВЫ!
— И почему вы его отпустили? — спросил я, глядя на трансгрессировавшего Реддла.
— Сейчас у нас более важные задачи, — мрачно сказал Дамблдор, обернувшись в сторону собирающего кровавую жатву Рыцаря Смерти.
Взмах Бузинной палочки был почти упущен мною. Мгновение и Рыцаря связали цепи… Вспышка пламени, чуть не заставила меня использовать весь наличный арсенал. Уж слишком любит Реддл Адское Пламя. Феникс перенёс Авроров, Орденцев…
— Держите его, — протянул Дамблдор нам причудливые цепи, — пусть самые сильные вставят в… отверстие волшебные палочки, — указал он на то, что я бы мог назвать USB-разъёмом, — и дайте магию, пока я буду заниматься экзорцизмом чудовища.
Спорить со стариком было глупо… Вставив палочку в разъём, я почувствовал, как буквально из меня откачивают магию и волю.