На этот раз попадание в яблочко. Слушатели взволнованно зашептались.
— Руквуд? — переспросил Крауч, кивнув Амелии, сидевшей скамейкой ниже. Та принялась быстро что-то записывать. — Августус Руквуд из Отдела Тайн?
— Да, он, — закивал Каркаров. — Для сбора информации он, несомненно, использовал хорошо отлаженную шпионскую сеть, существующую в Министерстве и за его стенами…
— Трэверса мы уже задержали, — прервал его мистер Крауч. — Что до Руквуда… Хорошо, Каркаров, если это все, вас пока отвезут в Азкабан, а мы здесь будем решать…
— Не все! — в отчаянии воскликнул Каркаров. — Я знаю еще кое-кого!
В свете факелов можно было заметить, как у него на лбу выступил пот от страха, хоть бы не обоссался. Смертельная бледность резко контрастировала с черными волосами и бородкой.
— Снейп! — вдруг вырвалось у него. — Северус Снейп!
— Снейп был оправдан Большим Советом, — холодно произнес Крауч. — За него поручился Альбус Дамблдор.
— Напрасно! — крикнул Каркаров еще громче и хотел встать с кресла, забыв про приковавшие его цепи. — Снейп — Пожиратель смерти!
Дамблдор поднялся со скамьи.
— Я уже свидетельствовал по этому делу, — спокойно сказал он. — Северус Снейп был когда-то Пожирателем смерти. Но примкнул к нам задолго до падения Лорда Воландеморта и, пойдя на огромный риск, стал нашим агентом. Сейчас он такой же Пожиратель смерти, как я.
Моуди состроил серьёзную мину и фыркнул, хоть и не громко, но вокруг него удивлённо зашептались.
— Хорошо, Каркаров, — холодно проговорил Крауч. — Вы нам помогли. Я пересмотрю ваше дело. А вы пока вернетесь в Азкабан…
— Стойте! Я слышал… Я назову ещё одно имя! Только освободите меня сейчас! — прокричал он.
— Имя? — спросила Боунс.
— ДА! Этот пожиратель… Этот монстр… Был одним из самых фанатичных последователей Того-Кого-Нельзя-Называть, он входил в ближний круг… На ряду с Долоховым, Селвином, Снейпом, — он бросил взгляд, полный ярости на Дамблдора, — Лестрейндж и Малфоем, — послышались шёпотки по залу, а Люциус Малфой, что присутствовал на заседании, вжался в кресло, как будто боясь что его сейчас возьмут под руки дементоры.
— Так назовите это имя, — обрезал Крауч, — что он сделал?
— О… Он был одним из тех… Кто применил заклятие Круциатус к Аврорам и членам «Ордена Феникса», Фрэнку и Алисе Лонгоботтом… Одним из пяти, — улыбнулся он безумной улыбкой.
— Пять? — спросил Моуди. — Неужели это значило…
— Да! Пятёрка Пожирателей…
— ИМЯ! — потребовал Крауч. — НАЗОВИТЕ ИМЯ МЕРЗАВЦА! — Крауч-младший, встав со своей позиции начал двигаться вниз.
— БАРТИ КРАУЧ! — прокричал он имя, буквально на секунду весь зал погрузился в гробовую тишину, все с шоком уставились на Крауча… — Младший.
Сработал я мгновенно. Экспеллиармус-Инкарцеро-Импедимента невербально сорвались с моей палочки, буквально вспышки одна за другой. Крауча обезоружило, связало и на палочку были наложены чары помех, не давая ему возможности призвать ту манящими чарами…
— УБЕРИСЬ ОТ МЕНЯ! — прокричал Крауч, пытаясь скинуть мои верёвки. — ОТПУСТИ!
— Ты знаешь, что это невозможно, — спокойно заметил я.
Взмах палочки и Крауча поднесло к его отцу.
— Ну здравствуй, отец…
— Нет у меня больше сына, — отстранённо проговорил Крауч.
— Уведите! — приказала Боунс, по её лицу было заметно, что она шокирована не меньше шефа…
— В… вернёмся… К слушанию… Освободить… Мистера Каркарова в зале суда, — повелел Крауч, хотя разумом он был уже не здесь…
Дверь в дальнем углу открылась, и в зал вошел Людо Бэгмен. Высокий, стройный, мускулистый. Садясь в кресло, он явно нервничал, но цепи не шевельнулись и не приковали его, как Каркарова и остальных. Бэгмен взбодрился, окинул взглядом аудиторию, помахал кому-то и даже слегка улыбнулся.
— Людо Бэгмен, вы доставлены в Совет Магического Законодательства, чтобы ответить на предъявленные вам обвинения, связанные с деятельностью Пожирателей смерти, — произнес мистер Крауч. — Мы выслушали свидетельства по вашему делу. И перед тем, как вынести приговор, пригласили вас сказать последнее слово. Хотели бы вы что-нибудь прибавить к вашим предыдущим показаниям?
— Только одно, — смущенно улыбаясь, произнес Бэгмен. — Я.… я понимаю, что вел себя как идиот…
Идиот? Да он кретин! Ему ещё в Хоге бладжеры все мозги вышибли! Не понять, что Руквуд узнаёт у него то, что знать не должен… Сын, вашу мать, Начальника целой Аврорской смены, который, кстати, стал инвалидом из-за действий своего «сыночка». Мистер Крауч, я… Мы буквально генерировали неприязнь по отношению к этому идиоту.
— Что правда, то правда, парень, — буркнул Моуди, да так, что его все услышали. — Не знай я, что он всегда был глуповат, я бы подумал, что бладжеры из него выбили все мозги… — вообще-то вышибли.
— Людовик Бэгмен, вы были задержаны при передаче информации сторонникам Лорда Воландеморта. — заявил я. — Я предлагаю в качестве наказания тюремное заключение в Азкабане сроком не менее…
Со скамеек понеслись сердитые выкрики. Несколько волшебников и волшебниц вскочили с мест и гневно потрясали кулаками в мою сторону? ЧТО?
— Но я же сказал вам, я понятия не имел, что происходит! — Бэгмен пытался перекричать шум в зале. Его круглые голубые глаза расширились от страха. — Старик Руквуд был другом моего отца… Я даже представить себе не мог, что он заодно Сами-Знаете-С-Кем! Думал, что собираю информацию для Министерства! Руквуд обещал устроить меня туда на работу… когда уйду из квиддича… Не всю же мне жизнь подставлять голову под бладжеры!
В зале раздались смешки.
— Ставлю решение обвинения на голосование, — холодно продолжил мистер Крауч, повернувшись к правой стороне зала. — Господа присяжные, кто за Азкабан, прошу поднять руки…
«За» не проголосовал никто. Многие в зале захлопали. Одна из волшебниц-присяжных поднялась с места.
— Что ещё? — прохрипел Крауч.
— Мы хотели бы поздравить мистера Бэгмена с великолепной игрой в субботу за сборную Англии в матче против Турции, — одним духом произнесла волшебница. Да это натуральный цирк! Я едва сдерживал Королевскую Волю. Даже осознание того, что канонно он вроде и не причём не спасало. В конце концов, его беседы с Руквудом подставили под удар множество людей. Мистер Крауч едва не взорвался. Подземный зал звенел от аплодисментов. Бэгмен встал и, широко улыбаясь, кланялся. Вены на лбу вздулись, сигнализируя о моей ярости… Вдруг мою руку кто-то тронул, я обернулся в сторону Амелии.
— Алекс, успокойся, — прошептала она мне на ухо. — Ты ничего не изменишь.
— Ублюдки, — прохрипел я, — они хоть понимают?
— Не уверена…
— Неслыханно! — повернулся Крауч к Дамблдору когда Бэгмен покинул зал. — Руквуд обещал устроить его на работу!.. День, когда Людо Бэгмен станет сотрудником Министерства, будет для нас чёрным днем…
Новое, очередное слушание было особенно тяжёлым. Боковая дверь снова открылась. На этот раз в зал вошли шесть дементоров. Они сопровождали нескольких заключенных. Многие зрители, перешептываясь, повернулись к мистеру Краучу. Обвиняемые опустились в кресла, стоявшие в центре зала, цепи сейчас же приковали их к подлокотникам.
Их было четверо: плотный мужчина, пустыми глазами глядевший на Крауча: худощавый — с нервно подергивающимися губами; женщина с тяжелыми веками и короной блестящих, черных волос — она сидела в кресле как на королевском троне; и Барти Крауч-младший, которому не было и двадцати, соломенные волосы рассыпались по лицу, молочно белая кожа в веснушках. Все его тело сотрясала дрожь. Худенькая волшебница, Элизабет Крауч, сидевшая рядом с Краучем, плакала, уткнувшись в носовой платок. Крауч поднялся и посмотрел на заключенных. Лицо его исказила лютая ненависть. Момент истины, так сказать, как бы печально сейчас не было…
— Вас доставили в Совет по магическому законодательству, — громко и ясно произнес он, — чтобы вынести приговор. Вы обвиняетесь в преступлении, гнуснее которого…