- Хороша справедливость! Вы убивали гунов, даже детей! Жгли их дома!
- Не мы. В братстве не обсуждают приказы главы, служат тому, на кого укажут, выполняют приказы. Подчинение бесприкословное, каждый воин справедливости готов сам умереть убивая других. В этом справедливость.
- Нет! Гуны не готовы умирать, и их дети тем более, не готовы! – Рэя не могла согласиться с такой чудовищной логикой! - А бессмысленные набеги на границы Империи?! Это зачем? Неужели вы рассчитываете получить таким способом что-то от нашего императора?
- Если смысл сокрыт от вас, не значит, что его нет. Я смиренный воин. Задайте ваши вопросы Верховному Тсахидараю. Вы едете на свтречу с ним.
- Как Тсахидарай узнал обо мне? Или это случайность? Вы сами решили порадовать вашего господина необычной пленницей?
- Вы не пленница, леди Эллисар. Вы гостья. Тсахидарай нам дал довольно точные приметы, чтобы мы нашли вас. Но нашли мы вас случайно, сейчас мы собираем по всей стране гунов. Их труд нужен Тагдишарату, так что не беспокойтесь за своих друзей, - Омерзари презрительно скривил тонкие губы: - Теперь у них будут условия жизни, каких раньше не было! Дикари заживут сыто. Так что ваше чувство справедливости тоже будет удовлетворено! Не верилось Рэе в такие обещания, настроение окончательно испортилось и она отвернулась к окошку, затянутомц металлической сеткой. Сквозь нее едва можно было различить проплывающие мимо силуеты редких деревьев. Потом и они исчезли, вокруг простиралась унылая степь, поросшая жухлыми кустами и бурьяном. Девушка задремала. Проснулась, почувствовав остановку, по чувству голода поняла, что спала долго. Разминая ноги спрыгнула на пыльную землю, огляделась. Толи она действительно спала целый день и сейчас были вечерние сумерки, толи в воздухе стояла пыль, скрадывая силуэты людей и попозки. И запах был, вроде бы знакомый, но с просонок девушка не поняла. Зуля сразу оказалась рядом, сунула ей в руки кулек со спящим Асиром, под руку повела к деревянному приземистому строению. Горло уже саднило от едкого запаха, и Рэя поспешила войти. Внутри дом оказался разделен на две половины: гуны отправились в большое пустое помещение с сеном на полу,похожее на барак в Малаль-Шариф, перед Рэей Омерзари распахнул крепкую дощатую дверь, уважительно пригласил:
- Вам сюда, леди!
Другая комната была похожа на скромно обставленную гостинную, стол, стулья, диваны. Даже вполне приличный ковер на полу. Стол оказался накрыт, кроме нее и её провожатого к ужину присоединилось еще несколько мужчин, сопровождавших их верхом. У девушки не было желания общаться, не похоже было, чтобы кто-то из черных воинов готов был делиться с гостьей Тсахидараха информацией. Она огляделась, посмотрела на ребенка в собственных руках и не особенно задумываясь, положила спящего малыша на диван. Самый молодой из мужчин нерешительно протянул ей полотенце, кивнул в угол комнаты. Там на небольшом столике были кувшин и тазик. Рэе предложили умыться с дороги, значит, надо уже снять с лица сетку, с рук черные перчатки. И вообще, пора заканчивать надоевший маскарад. Смотреть на реакцию присутствующих на свое разоблачение желания не было, и сбросив лишние тряпки она просто ополоснула руки и лицо, с удовольствием приняв помощь от того, кто её предложил. Плащ тоже сняла, прежде, чем сесть за стол. Посвященный уже в её тайну Омерзари ничего не сказал, не остановил, остальные воины проявили деликатность, или просто были приучены сдерживать эмоции, только осторожно косились на видимую из-под оборванной штанины часть симбионта. Плевать! Раз ей придется оставаться среди них какое-то время, пусть смотрят! Ели молча, ужин был скромным, но вполне съедобным, даже хлеб был еще теплым, очевидно, при доме для проезжающих все требуемые службы, включая и кухню. Потом её проводили в небольшую спальню, тоже скромную, чистую, со всеми необходимыми атрибутами и вполне приличной кроватью. А вот маленького Эльфеныша, как сердито про себя называла она младенца, пришлось взять с собой. Похоже, тсахи были уверены, что это её ребенок, а Зуля и Мнамна его кормилицы. Конечно, принять Асира Эльфахаттара за гунского младенца было невозможно, а потому её собственное родство с ним для окружающих было очевидно. Ладно, пусть спит тут. Арэя придвинула к кровати небольшое кресло, постелила сложенное вчетверо покрывало с кровати и постаралась поуютнее устроить мальчика. Проснется, просто отнесет его Зуле. Хорошо, хоть гунов не оставили ночевать на улице. Мысли вернулись к необычному туману с едким запахом, даже удивительно, что в дом он не проникал. Как ни странно, но Рэя быстро задремала, совершенно не беспокоясь, не прислушиваясь ни к звукам из-за двери, ни к дыханию младенца. Сквозь сон слышала, как мальчик заплакал, как тихо открылась дверь и баском заворковала с ним Зуля. Протопала обратно, унося кряхтящего и уже чмокающего Эльфеныша.