- А мужчина? Почему это заставило извиниться вас?
- Не прилично... не красиво... может быть вам неприятно это видеть... - пожал плечами Сиркс.
- Мне неприятно?! - Рэя отодвинулась от стола, повернулась к стоявшим перед ней мужчинам. Она не собиралась повторять представление с разрыванием одежды, просто скинула туфель с правой ноги, пошевелила маленькими бронзовыми пальчиками, покрутила стопу, заставляя сокращаться пружинки, крутиться шестеренки, тихо жужжать пяточный шарнир. Конечно, нога была не так изящна, как рисовало ей собственное воображение, планируя переделку и усовершенствование симбионта, которым собиралась заняться при первой возможности, но полюбоваться было чем. Взгляды зрителей выражали полный восторг! Причем обоих зрителей. И девушка провела руку по черной штанине, положив чуть выше колена, там где под тканью находилась крепежная муфта:
- Вот здесь заканчивается моя собственная нога после лечения уважаемого тагдишарского лекаря. Я не в претензии, думаю, он спас мне жизнь. - Потом подняла вверх уже левую руку:
- Здесь ампутации не было, но лучезапятный сустав и все пястнофаланговые вдребезги... - Рэя пропустила импульс по симбионту одновременно прокрутив все суставчатые шарниры, поиграла бронзовыми шестеренками. Необходимости в этом не было, поверхностная часть мнемомеханикса почти всегда была неподвижна, по крайней мере в видимом ракурсе. Но выглядела демонстрация очень эффектно.
- И вы это сами...- Сиркс от волнения едва мог говорить. - Сами? себе поставили механикс?
- Это симбионт, знакомо вам понятие? - Сиркс кивнул, не отрывая глаз от завораживающего блеска металла. Рэя выгляднла невозмутимой:
- Сама, только ювелир один из Арзари-Шариф детали по моим чертежам сделал.
- И как? Как ? - Более внятно сформулировать вопрос Сирк не смог, Рэя пожала плечами:
- Больно.
Трапеза была уже окончена, девушку пригласили в смежный со столовой кабинет, обставленный уже с некоторой роскошью, предложили присесть на низкий диван перед столиком, сервированным для кофе с особым изыском. Если до того блюда не имели выраженного национального колорита, теперь Тагдишаратские сладости и сыры были в изобилии. На маленьких тарелочках, небольшими кусочками, но в большом разнообразии. Аспар сел напротив в кресле, Сиркс ближе, на диван, сохраняя при этом приличное расстояние. Нога Рэи была уже снова обута, но симбионт на левой руке продолжал привлекать жадный взгляд младшего из братьев Шаразарих. Впрочем, это было вполне понятно.
Рэя слегка поигрывала пружинками и шестеренками, накрепко привязав внимание Сиркса, не преследуя в данной момент никакой особой цели. Обратилась после недолгой паузы, пока слуга с тагарской внешностью налил горячий кофе в крохотные чашечки и с поклоном удалился. Разговор велся на кесайском, так что молчали больше собираясь с мыслями, чем для сохранения приватности.
- Ваш отец, уважаемый Имери Шаразарих Верховный Тсахидарай? - Получив согласный кивок, продолжила: - А скоро он станет полновластным правителем Тагдишарского Княжества, то есть Князем?
- Нет. Он останется только Верховным Тсахадараем. Править Тагдишаратом будет Совет Вазираев. А отец войдет в него как глава братства. Собственно, это уже произошло, Базилевс Пятнадцатый уже с месяц, как предал себя на Милость Мира, отравился сам, чтобы заговорщики не погубили заодно с ним его многочисленных женщин и детей. Самоубийство считается позорным поступком для мужчины, по тагдишарским обычаям с самоубийцей вместе умирает и его имя. Весь его род, все потомки и связанные с ним родичи теряют имя. В случае "кровной войны" перестают интересовать врагов... не совсем так, но суть вам понятна? - Рэя задумчиво кивнула, невольно задавшись вопросом, смог бы Черный Эльф таким способом обезопасить своих хадираек? По его же собственным словам ради них ему пришлось оставаться в Тагдишарате уже после того, как он понял, какую ржавую мнемку ему подложил дядюшка Базилевс.