Возможно, спутники Мастера Илайреса и насладились зрелищем постепенно вырастающих из-под земли древних развалин, говорят, в степи трудно на глаз определить расстояние, цель маячит долгие часы на горизонте, а потом резко оказывается рядом, вырастая громадой чуть ли не до небес. Тому не довелось убедиться в верности таких высказываний или опровергнуть их. Оптический симбионт позволил рассмотреть надземную часть храма издалека и в мельчайших деталях. И расстояние, и время в пути рассчитал точно. Том ожидал чего-то особенного внутри, но за полу обрушенным входом путников ожидала только гулкая пустота. Широкие каменные ступени привели вниз, в просторный зал с едва различимыми обломками жертвенных алтарей и широкой выбоиной в центре, напоминающей скорее опустевший бассейн, чем место для принесения даров, догадаться о прежнем назначении можно было лишь по расположению дарницы, традиционному для всех храмов Милости Мира. В зале не задержались, спустились ниже, прошли через узкий коридор и оказались, наконец во вполне уютном и обжитом небольшом зале. В центре жизнерадостно журчал маленький фонтан, по округлой стене располагались несколько дверей. Фарид постучал в одну из них, громко позвал:
- Брат Ханис! Встречай гостей!
Брат Ханис ждать себя не заставил, словно был готов к их приезду. Но как выяснилось, готов не был, просто оказался поблизости. Невысокий, крепкий мужчина лет пятидесяти на вид был одет в темную, непримечательную одежду, обычную для тагдишарских мужчин. Лицо загорелое почти до черноты или столь смуглое от природы, блестящая, идеально круглая лысина - таким предстал перед гостями сей достойный муж.
Цель приезда в эту древнюю обитель выяснилась на следующий день, после ночевки в удушливом подземелье Фарид Хаур в сопровождении брата Ханиса провел Мастера Илайреса на самый нижний подземный уровень строения, бывший подземным изначально, еще при начале строительства несколько столетий назад. Обширный зал с низким сводчатым потолком был завален тюками, ящиками, коробками, просто кучами валялись какие-то детали и части механизмов. Том не спеша побродил меж всей этой неразберихе, приподнял крышки нескольких ящиков, постучал мысом сапога по мешкам, обратил вопросительный взор на застывших у входа провожатых.
- Вот... - Развел руки в стороны Фарид: - Что вы об этом думаете?
- Ничего. - Честно ответил Том - Если вы хотите, чтобы я оценил все эти... богатства, надо больше света... - Тут Мастер слегка слукавил, свет для его оптического симбионта был вовсе не нужен, но знать об этом посторонним не надо: - И больше времени, очень много времени. И много помощников. Разобрать, систематизировать... Будет проще, если вы подскажете, что это, как давно тут хранится и как сюда попало.
- Хранится очень давно! Наверное... Мы получили доступ только после смены Верховного Тсахидарая. Уважаемый Имери Шаразарих открыл двери для всех членов братства... и не только эти! - Брат Ханис говорил пафосно, словно перед многолюдным собранием, очевидно, скучал по общению в уединении обители : - Раньше нам внушали, что знания из Кесайской Империи несут зло и смерть, не знаю, какими путями на территорию Тагдишарата попадали машины и механизмы, но воины тсахи выслеживали и привозили всё сюда. В старых летописях есть даже упоминание об особых "чистильщиках", чьей обязанностью было находить машины и людей, с ними связанных, и уничтожать. Ну это все так думали, что уничтожать. Как видите, не уничтожали! - Брат обвел широким жестом залежи металлической рухляди. Но Том невесело покачал головой: