- Шош!
Рея достоверно знала, "Шош" имя собственное, не просто общее прозвание сильного гунского мужчины, как для детей "тудук", и сразу поняла, всё, что хотел сообщить ей гарах, словно воочию увидела вечер накануне ухода в Тсахидарат Шоша с Зулей, поручение, которое её названный родитель оставил товарищу. Она благодарно сжала огромную, серую ладонь своей маленькой белой. Взгляд Гараха потеплел, заискрились хитринкой желтые глаза.
Омерзари не понял их пантомимы, поспешил прервать:
- ну всё, попрощались, нам пора! - И тронул своего коня, объезжая платформу станции. Рэя вопросительно глянула на Гараха, тот пожал плечами, изобразил очень похоже движения черного воина на утренней разминке, и девушка поняла, вскочила в седло, тронула поводья. Весь путь от Новой Цитадели до Нурхани Батум гарах чуть придерживая стремя, не выказывая ни малейшего напряжения ровной трусцой бежал рядом с кобылкой Рэи. Когда отъехав уже на приличное расстояние Омерзари обернулся, его небритая физиономия вытянулась, и тсах пришпорил своего скакуна, хотя скорость их движения была достаточной, как всегда. Гун осклабился, весело рыкнул и, отпустив стремя легко догнал шедшего аллюром жеребца. немного пробежался рядом рыча нечто вроде походного марша хрипловатым баском, потом потоптался на месте, поджидая Рэю. Так он развлекался еще не один раз ща дорогу, хотя девушка видела, что великан всё же устал. И в Нурхари Батум Гарах следовал за ней неотступно, мешая делать тоже самое тсаху. Сотнику приходилось забегать то с одной, то с другой стороны, гун непринужденно, как бы невзначай перемещался, становясь снова между ними. Рэя от своих дел не отвлекалась, просматривала чертежи, обходила мастерские в сопровождении инженера Хумирака. Кое-что подсказала исправить, но в целом осталась очень довольна результатами. Да она их почувствовала еще за долго до появления на горизонте изломанных очертаний завода. Потом и увидела прозрачную, белесую дымку над трубами вместо едко зеленого тумана. Порадовалась, и уже в дороге стала планировать, как бы задержаться подольше в Нурхари Батум. Очень кстати почувствовала присутствие зооформов. Переделанный по инструкции Тома криптораф теперь стал столь мал, что легко уместился в свободном порте Икаса, еще немного утяжелив главный симбионт. Впрочем, это не было теперь помехой или осложнением. Во всех своих злоключениях леди Эллисар не бросала привычки при любой возможности заниматься гимнастикой и увеличивающими мышечную силу упражнениями. Кажется, теперь всё её тело состояло лишь из крепких, как цепелинные канаты мышц. Загар прочно лег на чуть запавшие щеки и на скулы, отчего глаза казались еще синее. Влосы сильно отросли, немного выгорели на ярком тагдишарском солнце, придав совсем уж непривычный вид. Глядя на себя в зеркало сама теперь удивлялась собственной яркой, совсем не кесайской красоте. Даже чуть жестковатая складка у губ нисколько не портила, делая облик старше и сильнее. Узнают ли её родные? В последние дни всё снова перевернулось, перетасовались болтики - винтики, замысла Мастера не разберешь. Но попав в суету Нурхари Батума потеряла нить невеселых размышлений, погрузилась в деловую, радостную суету. Каждый день был полон важных и полезных дел. Но дней выдалось всего-то три. Сотник Хасса вечером третьего решительно объявил, что больше оставаться нет дозволения тсахидараев. Пришлось подчиниться оттянув отъезд до позднего утра четвертого дня. Оставалось еще раз сверить чертежи, хоть Рэя и была вполне уверенна в понятливости и сообразительности Таграта Хумирака и его коллег. А еще очень тянуло на склад цеха предварительной сборки, точнее в подвальчик, из которого Дюльса вытаскивала её уже больше месяца назад. Омерзари так и не возобновил попыток преследовать её по пятам вслед за надежно занявшим эту почетную должность Гарахом. Так что на склад и в подвал добралась без лишних свидетелей. В подвале была установлена крепкая лесенка, но опилки и мусор по-прежнему были единственным, сохраняемым там "имуществом". Быстро сориентировавшись в полумраке обнаружила промасленную. коричневую бумагу, из свертка выпали медные обломки пластин с геральдическим знаком семьи Эллисар, немного переделанным Рэей для клейма на ошейниках гунов. Два сломанных ошейника. Хоть и знала уже Рэя из послания Тома, что с Шошем и Зулей всё в порядке, что они прямо сейчас, скорее всего уже в Новом Становище, но это послание Песчанной Дюльсы согрело её сердце. Она показала обломки Гараху, выбравшись их подвала и незамедлительно отправила их в измельчитель. Больше никому знать о них не надо. Хоть и не было желания возвращаться в Цитадель, обратный путь проделала в хорошем настроении, на ходу перебрасываясь с Гарахом краткими, но по-гунски очень емкими фразами.