Эльфахаттар уехал в дальние поселения, расположенные на самой границе вотчинных земель, обещал вернуться поздним вечером. Лайлу отослали в прачечную, хотя по мнению самой Арэи выданное ей платье в стрике пока не нуждалось. Но вид у Шайры был очень загадочный, смотрела она на хозяйку "со значением". Едва выпроводив вторую рабыню она впустила в покои укутанную в черные одежды худенькую фигурку, ростом с саму Арэю. Впустила и велела раздеться. Не знакомая рабыня повиновалась, медленно размотала шарф, скрывавший лицо, стянула платье, следом и широкие штаны, потом и тапочки мягкие черные, как у всех рабынь сняла. Лицо и всё тело тагарки было испещрено безобразными шрамами, следами ожогов. Рэя смотрела молча, Шайра удовлетворенно кивнула, велела одеваться. Девушка так же не спеша принялась одеваться, двигалась она чуть подергиваясь, кажется давно зажившие раны до сих пор причиняли боль. Она была так обезображена, что возраст ее определить Рэя не смогла, но Шайра подтвердила: девушка. Всего семнадцать лет. Дочь одной из рабынь уважаемой Камарайзарай, ей позволили последовать за госпожой из милости. Тяжелую работу выполнять не может, а в личные служанки изуродованную девушку ни одна госпожа взять не захотела. До сих пор бедняга пыталась держаться при кухне, выполняя мелкие поручения, но с воцарением там бывшей рабыни Арэи - Шахрат, житья страдалице не стало. Рэя вопросов не задавала, ждала, к чему ведет Шайра, и дождалась:
-Госпожа! Возьмите ее себе вместо Шахрат! Она не только увечная лицом, после пожара и говорить не может, только хрипит, если уж совсем кто достанет. Ходит всегда закрытая, у нее и браслет "неприкасаемой" есть, и перчатки обычно носит черные. Это я ей снять велела сейчас. Только браслет не снимается, замок какой, видите? - Шайра приподняла левую руку уже полностью скрывшейся под черными одеждами девушки. Грубо сработанный медный браслет держался на костлявом запястье свободно, но снять его не позволял замысловатый замок.
-Только у судьи такой ключ есть...
-И что означает этот браслет? - Арэя уже поняла, на что намекает рабыня, но сама озвучить предположение не спешила.
-Это значит, что она рабыня, но "неприкасаемая", не заразная, но и не чистая. Живет при доме господина только из милости. Она может ходить везде, выполнять разные мелкие поручения. Ее никто не тронет. Мы не можем далеко уйти без разрешения господина, а такие как она "неприкасаемые" могут. Она может войти в любую харчевню, в какую не побоится, и ее накормят, не требуя платы. Не особо хорошо, но воды и хлеба подадут. Из жалости, и чтоб к себе несчастья не накликать. Понимаете?