Гном также отличался внушительным баском, как из дубовой бочки и с высоты своего сташестидесятисантиметрового роста зычно орал на двоих подмастерьев, ворочающих какую-то бадью у входа в лавку.
– Тупицы криворукие! Да если вы также детей делать будете, как гвозди куете, человеки через пару столетий вымрут. Что почему? Да потому что трудно прожить одноногим, косым, ленивым уродом. Каменные боги! Ну почему вы повесили мне на шею этих неуклюжих болванов? – взмолился гном, потрясая ручищами в воздухе.
Мальцев с трудом сохранял каменно-постное выражение лица. Немало этой прорезавшейся способности способствовал молот килограммов так на тридцать, пушинкой метавшийся в ручищах сурового гнома; последний размахивал им в такт своим словам, как некоторые вилкой.
– Мастер! Я к вам покупателя привел, – вступил в разговор Эрин.
Повернувшись к ним, гном что-то недовольно пробормотал себе в бороду и зашел внутрь, оставив открытой дверь. Подмастерья тут же бросили свое неблагодарное дело и присели на бадью, с интересом вертя головами по сторонам. М-да, может, гном был и прав.
– Пойдемте, милорд, мастер Торбин нас пригласил.
Не сильно-то это было похоже на приглашение, подумал Федор, но все же последовал за пацаном.
Внутри лавки было неожиданно просторно. Немаловажную роль играло отсутствие прилавка. Оружие и различные приспособления военного толка были расставлены у стен на подставках, а то и вовсе висели на стене. Изделия неожиданно оказались неплохого качества, несмотря на древнюю технологию изготовления. Видно, что гном поддерживал качество своей продукции на необходимом уровне.
Сама продукция же была разнообразной, как говорят, на любой вкус и цвет: внушительный набор колюще-режуще-дробящего, плавно переходил к различным формам защиты, от полностью закрытого доспеха со шлемом до разнообразного вида кольчуг. Углубившись в созерцание, Мальцев не сразу заметил вернувшегося гнома; тот, насупившись, из-под кустистых бровей внимательно наблюдал за клиентом, вытирая ручищи полотенцем не первой свежести.
– Что-то присмотрели, милорд? – Заметно было, что вежливое обращение гному дается плоховато.
– Хотелось бы приобрести для себя что-то вроде этого. – Федор ткнул пальцем в сторону короткого бахтерца, висевшего на стене.
– Вы уже носили нечто подобное?
– Нет, не приходилось. – Мальцев начал раздражаться, опять любопытный товарищ попался. Словно не заметив реакции клиента, гном принялся описывать состав кольчужки.
– …таким образом, для боя меч и щит, такой колонтарь подходит как нельзя лучше. У вас же я вижу парные клинки, поэтому предлагаю попробовать кожаную куртку с железными вставками, не будет стеснять во время боя. Могу, конечно, продать вам и то, что вы просите, но это плохая идея. Все-таки мне клиенты нужны живыми и благодарными, а не красивыми и мертвыми.
Пожевав свои губы, гном вдруг продолжил – Не сочтите за оскорбление, не могли бы вы показать несколько движений мечами, мне надо проверить пару вещей. Это не займет много времени, во дворе как раз есть все необходимое.
Кивнув – здравое предложение, почему бы и нет, – парень прошел за гномом через внутреннюю дверь. На неожиданно ухоженном и большом заднем дворе кузни находилось несколько приспособлений тренировочного толка.
Первое, что бросалось в глаза, это стоймя вкопанное в землю толстое бревно с отметками и щерблением, явственно свидетельствующими о своем предназначении. Рядом, одетые на стойку, находились потемневшие от воздействия внешней среды закрытые доспехи с неглубокими вмятинами. Судя по характеру повреждений, по ним стреляли из арбалета тупыми болтами.
– Прошу. – Гном кивнул в сторону бревна.
Мальцев, аккуратно вынув мечи, отдал ножны Эрину. Пару движений, говоришь? Выкинув из головы все мысли, парень с усилием отключился от внешнего шума. Войти в боевой транс удалось не сразу, сказывалось отсутствие костылей в виде боевого коктейля, к отвратительному вкусу и действию которого Федор уже успел настолько привыкнуть, что без него чувствовал себя как стеклянная игрушка в коробке, обложенная ватой. Усугубляло ситуацию еще и зелье, которым напоил его лекарь, после которого привычная чувствительность пальцев всё никак не желала возвращаться, хотя прошло уже более часа.
Разогреваясь, Мальцев резко крутанул кистями клинки, вызвав болезненный стон у воздуха. Плавно раскручивая мечи, он начал попеременно выводить руки перед собой, слегка подкручивая корпус, отчего со стороны стало казаться, что вокруг парня образовался хищный стальной вихрь.