В каждом из нас сидит чудовище. Та самая темная тварь, что подталкивает людей на наихудшие поступки. Этот личный монстр вынужден копить злобу, сидя на цепи морали и человечности, капая на пол ядовитой слюной черной зависти.
Порой монстр так и стареет вместе с владельцем, уходит вслед за ним беззубой слепой шавкой или вовсе рассыпается в прах. Важно понимать, что, если обезумевший зверь сорвется с цепи, остановить его будет практически невозможно.
Восторженно завывая, чудовище ворвалось в реальность, потрясая порванной цепью. Первой жертвой Мальцева стали два зазевавшихся степняка, низко махнув мечами, он оставил за собой двух безногих калек. Не останавливаясь, парень вонзил в спины задней шеренги степняков клинки, отбрасывая первые трупы в стороны. Ничто в нем уже не выражало протеста в убийстве себе подобных, наоборот какая-то его часть с садистским удовольствием старалась использовать все более новые связки и приемы в умерщвлении кочевников.
Вокруг выпущенного на волю зверя образовался страшный театр смерти, требующий искушенных и циничных зрителей, актеры же на сцене долго не задерживались, отыграв свою часть, они спешно покидали этот мир, с ужасающими криками раскидывая части своих тел окрест.
Федор полностью потерял контроль над своими ощущениями, отдаваясь безумному танцу клинков. Мечи пели песнь богине смерти и каждым движением отправляли к ней навстречу все больше и больше поклонников, не делая скидок на возраст и военное умение. Каждое убийство словно прибавляло ему силы. Да так и есть. Смерть словно делилась с ним своей потусторонней мощью.
Одно легкое движение поющего клинка, и половинки очередного противника отлетают от него как от удара пропеллера, забрызгивая кровью окружающих. Удар ногой в щит, и рослый желтокожий степняк падает, роняя стоящих с ним рядом воинов, упавшие остаются на земле уже навсегда.
Ближние ряды уже уяснили, чем может грозить встреча с человеком с двумя мечами, поэтому старались держать на его пути щиты или копья, что помогало слабо. Несмотря на творящуюся в их рядах резню, желтокожие воины продолжали отчаянно напирать, что-то яростно крича. Раззявленные в крике рты и вытаращенные глаза делали их похожими на одинаковые нелепые манекены, медленно двигающие конечностями в патоке густого воздуха.
В Мальцева же вселился кровожадный демон. Он вертелся и безустанно перемещался, меняя направления своего передвижения, не давая поймать себя на повторении. Каким-то образом он угадывал, куда ступить и отпрыгнуть в моменты опасности. Главарь кочевников пытался было дать организованный отпор бешеному воину, но своими криками только привлек внимание зверя. Методично перебив немалую охрану сотника, парень походя, в несколько росчерков стального пера, закончил блестящую карьеру гнилозубого Мансора.
Неизвестно, сколько бы еще продолжалась смертельная жатва, но даже гениальный танцор иногда ошибается, а кочевников было все же много больше, и к ним начала подходить помощь из лагеря. За время кровавой схватки, преследуя Федора, каффидцы вплотную приблизились к стенам и попали под обстрел из луков, но в то же самое время удача изменила и ему. Ускользнув от нескольких копий, парень попал под слитный удар щитами и кубарем вылетел за насыпь, потеряв одновременно и мечи, и сознание.
Глава 43. Падение города
– Опять ты? – Мальцев с третьего раза сфокусировал свой взгляд на лице наклонившегося над ним двойника. Оно противным смазанным пятном маячило где-то сверху. Скрипя суставами и пережидая странные судороги, парень поднялся на ноги, инспектируя свое самочувствие: слабость в теле и пустота в мозгах, черт, даже во сне никакой жизни.
– А что, кроме тебя меня тут некому больше встретить? Кому-нибудь симпатичней.
– Боюсь, тебе бы не понравилась встреча с кем-либо другим. – Двойник паскудно улыбнулся.
– Шутить изволите?
– Отнюдь, повода на этот раз нет. – По фигуре двойника пробежала рябь, исказив его лицо в гримасе боли.
– Это что за спецэффекты?
– Нет времени объяснять. – Двойник ловко подцепил его под локоть. – Нас ждет небольшое приключение.
Вспышка – и ощущение быстрого перемещения. После того как в глазах перестали разлетаться радужные пятна, Мальцев с удивлением отметил изменение местности вокруг. Широкая просторная пещера со сводом, уходящим куда-то в сумрак. Отблески огня факелов, отражающихся на мокрых сталактитах и сталагмитах.
Но больше всего света давал висящий на расстоянии метра от земли антрацитово-черный куб чуть больше двух метров в высоту. Он находился ровно в середине пещеры, каким-то чудом паря в воздухе без всяких опор и подвесов.