Сквозь него в странном ритме пробивалось яркое зеленовато-серое свечение, расходящееся волнами по залу пещеры. Оглядевшись, Федор не смог обнаружить выхода.
– Что-то мне это напоминает, – пробурчал он, подозрительно посмотрев на стоящего с отрешенным лицом двойника.
Куб вблизи представлял собой монолит матово черного цвета. В момент световых импульсов создавалось впечатление, что внутри камня угадывается чей-то силуэт, находящийся в постоянном движении. Пульсация свечения, словно вспышки в темноте, отмечала точки перемещения. Из любопытства парень приблизился вплотную к камню, пытаясь разглядеть подробности.
– Япона мать! Ч-чё за ф-фигня? – В руку, приложенную к камню, неслабо ударило током, откинув Мальцева на пару шагов назад. Волосы, казалось, встали дыбом, а в глазах все еще стоял отпечаток оскалившегося трупа с обрывками плоти и безумным выражением мертвых глаз, тянущегося к его горлу.
– Напрасно ты прикоснулся к ловушке. Теперь он знает, что ты здесь. – В подтверждение его слов пульсация со стороны куба усилилась, а сам он противно завибрировал со стекольным звоном.
– Слушай, глюк. Ты мне надоел. Какого черта вообще? Что это за потрепанная зомбятина в черном ящике?
– Всему свое время. Сначала нам надо лишить «холодного» возможности выйти, а вот потом можно и поговорить.
– Ну, хорошо. Запереть зомби в ящике. Забавный квест, а что это даст? – Успокоился Федор, заинтересовавшись абсурдом происходящего.
– Это даст некоторое количество свободного времени. В противном случае нам здесь станет не только тесно, но и несколько неуютно.
– И много вас тут таких? – Федор неопределенно показал что-то руками.
– Таких. – Двойник оскалился. – Таких нас только двое.
– Ну, это радует. – Понаблюдав некоторое время за беснующимся внутри куба силуэтом, Мальцев решил идти по сценарию странного сна. Интересно, что в следующий раз воображение выкинет. Где-то на дальней границе разума мелькнуло неясное осознание неестественности происходящего, словно он что-то забыл в реальности, но быстро сменилось любопытством к происходящему. Все остальное отошло на задний план как нечто, не имеющее важности, двойник заметно расслабился, отметил Мальцев машинально.
Фигура в кубе всё ещё продолжала яриться, так что он от рывков начал слегка раскачиваться. Сквозь толщу камня веяло нешуточными неприятностями, это парень понимал, даже не спрашивая свою загадочную шизофрению в желтом халате. Ну а что? Как еще можно назвать диалог со своим отражением?
– Что это с ним? – Мальцев кивнул в сторону куба.
– Надеюсь ничего приятного. Он слишком много силы набрал за последнее время, с каждой поглощенной долей некроэнергии становится все сильнее.
– Так не корми его.
– Это не я его кормлю.
– Боюсь показаться тупым, но все же не соблаговолит ли многоуважаемый гуру намеков и недомолвок развенчать мои лишенные утонченности подозрения, что кормлю его как раз я?
– Пока ты тут искришь красноречием, «холодный» доламывает последний барьер. Закончим наше дело, и я тебе все расскажу. – Двойник снова замерцал, словно экран телевизора с плохо установленной антенной, только что без сопутствующего шума.
– А почему ты сам его не закроешь? – спросил Федор скорее по инерции, нежели реально пытаясь получить дополнительную информацию.
– Я поддерживаю уже имеющуюся защиту. Если отвлекаться на все остальное, он успеет вырваться, к тому же это скорее твой сон, нежели мой.
– Хорошо, командуй, я готов.
Двойник повел рукой по кругу. Вслед за движением руки на стенах пещеры, загораясь цветом расплавленного металла, появлялись и исчезали глифы.
– Все шесть знаков должны появиться на стенках куба. Это просто, нужно только представить, что знак у тебя в руке, и приложить её к пустой стороне куба.
Не подозревая подвоха, Федор легко представил себе мерцающий глиф на руке и приложил его к одной из стенок куба.
Двойник прикрыл глаза от вспышки, помогая подняться упавшему на колени парню, куб между тем услужливо повернулся пустой стороной. Мальцев, стиснув зубы, чтобы не заорать, баюкал пылающую от боли руку.
– Должен предупредить, будет больно и боль эта будет нарастать, пока ты не замкнешь все точки.
Эта падла в желтом халате меня подставила! Тело корежило и перекручивало, а в голове, после прикосновения к кубу, словно поселились два молотобойца, которые задорно лупили в мозг пудовыми молотами. После наложения первой печати с монстром, сидящим в кубе, образовалась устойчивая связь, по которой тот беспрерывно гнал волны инфернальной тоски и холода, пытаясь продавить волю Мальцева.