Когда дым от рассеченного шара рассеялся, открылся жуткий вид. Меч Капитана преобразился. Тусклые руны на клинке теперь пылали кроваво-красным светом, пульсируя, как раскаленные угли. От самого лезвия струился зловещий, густой туман того же кровавого оттенка, окутывая оружие и костяную руку воина.
— Совсем иной уровень! — Атос расплылся в дикой, азартной улыбке, и прежде чем кто-либо успел что-либо предпринять, он сорвался с места, как выпущенная стрела.
— Постой, Атос! — Хальдор инстинктивно рванулся вперед, его рука схватила пустоту там, где только что было плечо юноши. Атос уже мчался через зал, прямиком к ждущему его скелету-воителю.
Как только Атос оказался в зоне досягаемости, он обрушил на Капитана настоящий шквал ударов. Его катана сверкала, описывая смертоносные дуги – быстрые, мощные, рубящие удары, сыпавшиеся градом со всех сторон. Но Капитан встретил атаку с леденящей невозмутимостью. Его кровавый клинок двигался с пугающей экономией и точностью. Каждое движение было минимальным, каждый парирующий удар – точным и сокрушающим инерцию атаки Атоса. Он не просто защищался – он методично теснил нападавшего, его костяная фигура излучала непререкаемое превосходство. С каждым отбитым ударом Атос чувствовал, как его собственная скорость и сила разбиваются о непоколебимую стену мастерства и мощи.
Спустя несколько секунд яростной, но безрезультатной атаки, Атос слегка замедлился – на долю мгновения, на один вздох, но этого оказалось достаточно. Капитан мгновенно воспользовался оплошностью. Его меч, оставляя кровавый шлейф, сделал молниеносный выпад – не колющий, а сокрушительно-рубящий, словно удар молота. Атос успел лишь инстинктивно подставить клинок катаны плашмя.
Удар был чудовищной силы. Катана вырвалась из онемевших рук Атоса, звонко звякнув о камни где-то позади. Самого юношу отбросило, как пушинку. Он пролетел несколько метров по воздуху и с оглушительным грохотом врезался в древнюю каменную стену боковой галереи. Камни не выдержали – кладка треснула и обрушилась, похоронив Атоса под грудой пыльных обломков. Облако пыли взметнулось к потолку, скрывая место падения.
Следом, не дав Капитану опомниться после разгрома Атоса, атаковала Луна. Ее атака была полной противоположностью яростному шквалу юноши. Она обрушила на скелета-воина шквал точных, молниеносных и смертоносных ударов, больше напоминающих фехтование изящной шпагой, чем рубку катаной. Каждый выпад был коротким, экономичным, бил в стыки доспехов, в основание черепа, в суставы рук, держащих меч. Вокруг ее клинка витал морозный туман, а лезвие оставляло за собой шлейф из еле заметных, сверкающих крупиц льда, которые пытались схватиться на древних доспехах противника, замедляя его движения.
Пока Луна виртуозно занимала Капитана своей грациозной, но смертоносной атакой, Хальдор, используя тени и груды обломков, как прикрытие, ловко проскользнул ему за спину. Его план был прост: один точный, сокрушительный удар тяжелой алебардой по основанию черепа или в незащищенный позвоночник – и даже этот монстр должен был быть повержен. Он занес древковое оружие, готовясь вложить в удар всю свою немалую силу...
Но Капитан будто все знал. Он не стал разворачиваться или пытаться парировать алебарду. Вместо этого, не прерывая парирования атак Луны, он с невероятной силой топнул своей тяжелой, закованной в сталь сапогой по каменному полу.
Земля под ногами Луны и самого Капитана взорвалась. Каменные плиты разлетелись вдребезги, как стекло, подняв тучу пыли и острых осколков. Мощная ударная волна, смешанная с обломками, ударила снизу. Луну, находившуюся в прыжке для очередного выпада, подкинуло вверх, как щепку, заставив кувыркнуться в воздухе и сбив дыхание. Ее грациозная атака была грубо прервана.
В тот же миг, пока Луна теряла ориентацию в воздухе, Капитан сделал резкий, неестественно быстрый для его размеров разворот на 180 градусов. Его пылающие красные глазницы встретились с широко распахнутыми от ужаса и неожиданности глазами Хальдора, который только что начал замах для удара. От неожиданности и леденящего страха Хальдор чуть не вскрикнул.
Капитан действовал безжалостно и эффективно. Он не стал тратить время на удар мечом. Его свободная левая рука взметнулась вверх и со страшной силой обрушилась вниз, не на Хальдора, а на древко его алебарды, которое было занесено для удара.
Прочное дубовое древко, способное выдержать удар по стали, сломалось пополам, как сухая ветка, под костяной дланью Капитана. Верхняя часть алебарды с тяжелым наконечником беспомощно отлетела в сторону, звякнув о камни. Хальдор остался стоять, ошеломленный, держа в руках лишь обломок некогда грозного оружия, ощущая леденящий ужас от мощи и предвидения этого древнего воина.