Острый кинжал-коса в костлявой руке и горящие глаза выросли перед ним, как только он вырвался в зал. Всего на миг Марк ощутил ауру леденящего страха, но этого хватило: детство, темная комната, тьма! Разум ослепило. Юность, страх неудачи, боязнь ошибки, неуверенность, тьма!
…Острие кинжала ударило чуть ниже правой ключицы. Спасла мгновенная реакция: Марк отдернулся назад, не дав лезвию войти глубже… «Я победил страх! Я свободен!» Ломая ужасные, абсолютно дикие преграды из живой слизи и колючек в своем сознании, Марк прорвался через многолетние структуры своего страха, а затем в броске пронзил фобора сквозь многослойную ветошь. Полудух беззвучно прошипел и, упав спиной вниз, испустил из раны черный пар: подобно изолитам эти существа не имели даймонской крови.
Взгляд Марка упал на Амарту, наблюдавшую за боем. Возможно, она была удивлена такой прытью трех аделиан, но никак не выдавала удивления.
«Не на тех напали!» — сказал Марк в мыслях. Бесшабашный Харис редко испытывал страх, Автолик отвык от страха за годы боевых походов и состязаний на Светлой арене, а Марк… впервые в жизни горел неугасимой отвагой.
Атаковавший его фобор снова возродил жуткие воспоминания, но Марк его опередил, опять вырвавшись из страхов своего сознания. Логос срезал кинжал-косу, едва Марк взмахнул рукой, а после — полоснул фобора и поджег его ветошь. Лезвие меча было раскалено. Половина стражей страха уже отползали к узким люкам в полу, то превращаясь в бесформенную массу, то снова принимая прежний облик смерти. Большинство их были поражены стрелами Автолика. Однако, с лестницы осторожно спускались шестеро магов, выставив посохи, очевидно, нащупывая ловушки Автолика. Внизу готовился к бою Харис, уже раненый, потерявший накидку, в изодранной и намокшей от крови и пота рубахе. Перспектива схватиться через секунду с шестерыми противниками-магами его нисколько не пугала. Он крепко сжимал свой круглый щит, тлеющий от нескольких попаданий огненных молний.
— Пожар! — истерически завопил прорвавшийся через магов худой бледный прислужник в шутовском колпаке. — Хозяйка, горит башня жертвоприношений!
— Так туши ее, ничтожество! — презрительно ответила Амарта и подняла взгляд к магам, уже с почтением. — Помогите им, я справлюсь сама.
Пока маги на лестнице застыли в нерешительности, не зная, можно ли оставлять хозяйку одну, Харис бросился к стеллажам с сосудами. С ревом вырвал одну из полок и швырнул ее в лестничный проход под ноги колдунам. Отгадав его идею, Автолик запустил туда сорванной со стены свечой, и зелье из разбитых сосудов вспыхнуло бордовым огнем. Вмиг проход оказался прегражден стеной пламени.
Маги бросились назад: двое — на тушение подожженной Харисом башни, четверо других — в обход. Помимо этого лестничного прохода, в зал выходили еще три.
— Харис, подожги остальные проходы! — крикнул Автолик, а сам отбросил ненужный в ближнем бою лук и выхватил тонкий, сверкнувший в свете огней обоюдоострый меч. Им он владел с той же изящностью, что и луком. Если Харис бил чем посильнее и поразмашистей, то Автолик выигрывал стремительностью, ловкостью. Он проворно обошел плывших на него трех фоборов и так же проворно нанес изворотливые полосующие удары там, где враги ожидали их меньше всего.
Марк посмотрел на носящегося, не хуже чем на Светлой арене, Автолика — вольный стрелок справится с фоборами и сам. Повернувшись к Амарте, Марк вскинул меч, встретив новых противников. Из потайной двери, откуда вышла Амарта, выбежали четверо легионеров в черных латах с эмблемами крылатых змей и шлемах в форме змеиной головы.
Люди. Легионеры тьмы. Как воевать с людьми? Как его учила хранительница?
На размышления времени не было. Черный легионер ринулся на него, раскручивая цепную булаву.
Сила покорных! Принцип защита из древнего учения Таинства жизни. Марк зажмурил на короткий миг глаза, расслабляя все внутренние барьеры, чтобы дать волю неподвластной осознанию силе. Она жила в нем давно, может быть, даже с рождения. Он не мог ее ни понять, ни почувствовать — только отпустить.
«Я мертв. Я покорен Тебе, Владыка Жизни».
Он открыл глаза, рассекая мечом воздух.
— Тот, кто со мной, сильнее смерти. Назад!
Он досмотрел, как поток силы от его меча подбрасывает черного воина в воздух, тот летит мимо и с треском падает на стол с кувшинами и чашами. Выпущенная из рук булава гулко ударила в стену.
— Ловко, — улыбнулась Амарта, знаком остановив трех других легионеров. — А как насчет лесных стражей?