Грон, вытирая топор о какую-то тряпку, повернулся ко мне, и его взгляд сразу же упал на новый аксессуар на моей голове. Его цепкие глаза сверкнули в полумраке коридора знакомым мне хищным любопытством, после чего он сделал шаг в мою сторону, и коротко кивнув, спросил:
— Опа! А это что за новенький аксессуар? Дашь посмотреть?
Я покачал головой, и мысленно радуясь этому факту, произнёс:
— Извини, Грон, но нет… Она привязана ко мне, и передать я её никому не могу.
Грон хмыкнул, скрестив руки на груди, и я увидел, что в его глазах промелькнул весьма интересный коктейль из эмоций, словно он неожиданно понял, что я намного интереснее, чем он предполагал, и сейчас у него происходила переоценка моего присутствия в их отряде.
— Сколько ж у тебя ещё таких секретов, однокольцовый? — спросил он, и в его тоне сквозила уже не насмешка, а откровенная деловая заинтересованность, приправленная легким укором.
Я криво ухмыльнулся, чувствуя, что ступаю на очень тонкий лёд, после чего произнёс:
— Всему своё время, Грон. Сначала вам нужно доказать, что их вообще стоит показывать.
Лицо предводителя нашей стаи на мгновение стало непроницаемым. Мне показалось, что он вот-вот взорвется, но нет. Он лишь тяжело вздохнул, посмотрел на Гарта, который всё ещё не мог прийти в себя после неожиданного нападения, а затем перевёл взгляд на моего лиса, который выполнив свою работу, сидел, вылизывая лапу, и смотрел на Грона с видом полного невозмутимого спокойствия.
Неожиданно он хмыкнул, и сказал равнодушным голосом:
— Ладно, отложим до лучших времён. — Он ткнул пальцем сначала в меня, потом в лиса, и добавил:
— Но запомни, малец… В моей стае я предпочитаю знать, с кем иду в бой. Разбирательство будет, но позже, а сейчас… — он повернулся к Гарту. — Меняем стратегию. Твоя основная задача теперь заключается в нанесении урона, а разведку с этого момента ведут они. — Его палец снова указал на меня и моего пушистого компаньона, после чего он уже сказал в мою сторону:
— Твоя главная задача, Кейрон, — вовремя и грамотно расшифровывать сигналы своего зверя, который, судя по всему, чует опасность лучше любого из нас. Не подведи.
Глава 4
Интерлюдия. Лена Соколова.
Девушка уже несколько раз пожалела о своём импульсивном поступке, но отыгрывать обратно было поздно, поэтому приходилось идти вперёд, не смотря ни на что.
К счастью, система оказалась столь любезна, что пусть кратко, но комментировала каждый шаг, и это оказалось очень сильно похоже на процесс генерации персонажа в компьютерной игре.
Когда пришло время ввести имя, она, недолго думая, мысленно вписала: «Эмбер». Это имя всегда казалось ей тёплым и сильным, своего рода символом чего-то неизменного и яркого, как огонь.
Каково же было её удивление, когда после подтверждения правильности введённого имени система тут же дополнила его…
Строка с именем дрогнула, и к «Эмбер» добавилась приставка, отделённая странным апострофом, в результате чего получилось — Эмбер-Д'асим.
Девушка сразу же полезла разбираться и увидела, что в связи с тем, что она владеет превознесённым кольцом, система автоматически добавила её в какой-то клан!
«Клан? Какой ещё клан?» — пронеслись у неё в голове панические мысли. Она не хотела никаких связей, и никаких обязательств! Её недавний побег как раз был продиктован попыткой разорвать все эти путы, а тут… Не успела она расслабиться, как её уже куда-то включили, даже не спросив её мнения!
Но на этом сюрпризы не закончились. После определения имени ей предложили выбрать наряд, где девушка потерялась на несколько часов, очарованная различными фасонами и цветами.
В конце концов она решила попробовать не выделяться, и выбрала простое платье синего цвета на широких лямках в комплекте с мягкой обувью, чем-то похожую на привычные кроссовки, и когда она его выбрала, то практически сразу начался достаточно странный тест.
Он был чем-то похож на то, что она решала в тот день, когда впервые оказалась в подземном бункере. Вопросы в этом тесте касались морали, силы, и приоритетов.
Когда Лена прочитала первый вопрос, то неожиданно решила проявить несвойственную ей осторожность. Она прекрасно понимала, что за ней уже наверняка пустили погоню, и задействованные в этой погоне люди, днями напролёт составлявшие её психологический портрет, будут иметь представление о том, как она могла бы ответить на эти вопросы, и повторить эти ответы для них не составит особых проблем.