Дальше — больше. Я нашёл Портальную площадь, с десятками арок, и некоторые из них были подписаны: «Врата в смертельные топи (2–3 круг)», «Врата в огненные пещеры (4–5 круг)»…
Одним небрежным действием Грона я приобрел просто невероятное сокровище, которое знатно облегчит моё существование в Илиуме!
А потом я увидел то, что заставило моё сердце заколотиться в радостном предвкушении, а в голове сразу же созрел план дальнейших действий.
На границе нижнего города и гильдейских кварталов находилась очень интересная отметка, которая называлась весьма просто: «Гильдия знаний», а прямо рядом с ней, через пару переулков, находилась ещё одна, многообещающая метка: «Доска контрактов (не гильдейская). Для вольных искателей. Риски высоки, оплата — по договорённости.»
Я чуть не заплясал прямо в вонючем переулке, радуясь тому, что Грон подарил мне сам того не желая самый настоящий ключ к выживанию!
Моё одиночество внезапно перестало быть приговором, а стало всего-то очередным вызовом на моём жизненном пути, да и если вдуматься — я теперь никогда не буду одинок, ведь у меня есть верный лис, а всё остальное мы с ним сможем добыть и самостоятельно.
Все что для этого нужно — соблюдать осторожность и не лезть на рожон. Для всего остального — у меня есть тени.
Я испытывал жгучее желание доказать Грону и самому себе, что я не просто «щеночек», которого можно вышвырнуть за непокорность, и теперь я знал — КАК это можно доказать.
Криво ухмыльнувшись, я ещё раз внимательно изучил маршрут до «Гильдии знаний», после чего поморщился, когда осознал, что путь туда совсем не близкий, и пролегал он явно через не самые благополучные районы, но меня это не испугало. В царстве стояла глубокая ночь, а значит мой навык «Теневое сокрытие» будет работать целую минуту, что с учётом того факта, что откат на него тоже минута, позволял мне оставаться в невидимости практически постоянно.
После этих мыслей я наконец стряхнул с себя оцепенение, и хоть страх перед неизвестностью никуда не делся, теперь его затмевала решимость.
«Ладно, Грон, — мысленно бросил я в сторону таверны. — Посмотрим, кто кого переживёт в этом вашем „гостеприимном“ городе.»
Сделав глубокий вдох, я отозвал лиса, чтобы он не демаскировал меня без нужды, и активировал навык «Теневое сокрытие», после чего мои очертания поплыли, цвета одежды потускнели, и я слился с глубокими тенями у стены, став неясным пятном, призраком, скользящим по ночному городу.
Для начала я решил посетить гильдию, потому что у меня было ещё много вопросов, относительно этого жестокого мира, однако я прекрасно отдавал себе отчёт, что информация явно будет не бесплатной, а значит в этом мне поможет доска контрактов…
Продвигаясь по ночному городу, я радовался безупречной работе своего «Теневого сокрытия». Благодаря ему я был невидимым призраком, скользящим по краям световых пятен от редких факелов.
Путь до гильдии знаний пролегал через лабиринт узких, грязных улочек, где царила своя, особая атмосфера. Из-за закопчённых окон доносились отрывки странных песнопений, звон стеклянных кружек и внезапные всплески грубого смеха.
Я двигался от тени к тени, используя каждую арку, каждую груду ящиков, каждую глубокую выбоину в стене как укрытие, а мои глаза, привыкшие к темноте, выхватывали детали местной жизни: пару бродяг, делящих под мостом бутылку чего-то мутного; быстро скользящую по стене тень, слишком большую для кошки; группу подвыпивших наемников, которые, пошатываясь, вышли из очередной таверны и тут же начали выяснять отношения с какой-то бледной гуманоидной расой…
И вот, на перекрёстке двух чуть более широких улиц, я замер, потому что сцена, разворачивающаяся в тусклом свете единственного горящего факела, заставила кровь стынуть в моих жилах.
Дело в том, что прямо передо мной к стене была прижата девушка незнакомой расы. Её кожа была тёмно-красного цвета, а длинные волосы — струящимся рыжим потоком. Длинные, заострённые уши подрагивали от страха, но больше всего меня поразили её глаза — огромные, полностью чёрные, как у глубоководного существа, и сейчас в этих глазах читался животный, немой ужас.
Её прижимал к стене здоровенный бугай в рваной кожаной кирасе, у которого под ногами лениво вращались пять алых колец. Его свирепое, покрытое шрамами лицо было искажено похотливой ухмылкой, и он сипло рычал в сторону девушки: