— Заткнись и иди за мной, — резко перебил я его, уже разворачиваясь к выходу, мысленно поморщившись от такого обильного количества пустых слов.
— Эй, погоди! — Ромка догнал меня и схватил за рукав, желая остановить, но тут же отдёрнул руку, увидев мой взгляд, не обещающий ничего хорошего.
После этого он окинул меня оценивающим взглядом, и я видел, что его энтузиазм существенно уменьшился прямо на глазах, сменившись настороженностью и непониманием.
— Постой… У тебя же тоже всего одно кольцо, и того же зелёного цвета, как у меня… С чего ты такой… властный? И откуда у тебя филки третьего круга? Мы ж… мы равны, по идее.
Я медленно повернулся к нему, после чего на моём лице расцвела скептическая, кривая ухмылка, и я протянул:
— Равны? — я фыркнул. — Во-первых, «равные» не торчат в углу «Последнего привала», выпрашивая подачки… У них у самих должны быть ресурсы. — Я похлопал себя по карману, откуда ранее доставал филку, и продолжил:
— Во-вторых, «равные» обладают информацией. Я знаю, ЧТО мы будем делать, КАК, и ПОЧЕМУ у нас это получится. Ты же знаешь только то, как пахнет грязный пол в этой дыре, вот и вся разница… В общем, идёшь — идём. Нет — я найду кого-то другого. Решай.
Он колебался всего несколько мгновений, после чего голод и отчаяние в его глазах перевесили гордость и подозрения.
— Иду! — выпалил он и засеменил следом за мной, как привязанный.
Мы вышли на улицу, после чего я, не теряя темпа, направился к ближайшей скамейке в относительно безлюдном закоулке. Приземлившись на неё, я указал ему место рядом с собой, после чего спокойным голосом сказал:
— Молодец, ты сделал правильный выбор, а теперь давай знакомиться уже нормально. Ты меня, пока что, можешь звать Кейрон. Настоящее имя… Тебе нужно доказать, что ты чего-то стоишь, чтобы я тебе его назвал.
Парень, услышав это, немного оживился и сказал:
— Я… я Ромка, родом из Тулы. Мне девятнадцать, и дома… ну, там я попал в небольшие неприятности и решил в Сиалу свалить, переждать, да подкачаться. Думал, что тут хоть полегче как-то будет… — он горько усмехнулся, обводя взглядом грязные стены вокруг, и резюмировал:
— Ан нет! Попал как кур во щи! Кольцо одно, зелёное, навыков никаких нет, а за душой ни единой филки. Я тут уже одиннадцать часов, ещё и в долги умудрился влезть трактирщику за харчи… А работы нет! Все гонят и говорят, что иди-ка ты щенок, подрасти маленько, а потом уже отвлекай взрослых дядь…
Он говорил, не закрывая рта, выплёскивая наружу всю накопленную тревогу и беспомощность. Я поначалу слушал, но потому уже начал отсекать практически всё, что он говорил. Его история была совершенно типичной — мальчик из-под мамкиной юбки, попавший в жестокий мир без подготовки и внутреннего стержня.
— Хватит, — остановил я его, когда он начал вдаваться в подробности своих планов на дальнейшее развитие. — История грустная, но сейчас нет времени для пустых разглагольствований. Слушай нашу с тобой задачу…
После этого я изложил ему самую суть:
— Я смог найти задание по зачистке пещеры, рассчитанное на группу до трёх разумных. Задание крайне простое, и будто рассчитанное на меня, так что я абсолютно уверен, что справлюсь с ним сам, но без наличия группы система не даст мне это задание взять.
Идея какая: мы с тобой создаём группу, ты идёшь со мной к пещере, и остаёшься на свежем воздухе у входа, караулишь и отдыхаешь. Я один прохожу внутрь, делаю всю работу, после выполнения контракта я получаю награду и из неё две филки третьего круга — твои. Честно и сразу.
Рома слушал меня, широко раскрыв глаза, пытаясь переварить весь вываливаемый на него поток информации.
— Д… две филки третьего круга? — переспросил он, глотая слюну. — Это ж… это почти 4 % до следующего кольца, если я правильно помню таблицы конвертации… — Он задумался, а потом спросил, и в его голосе впервые проскользнула не детская наивность, а простая человеческая жадность:
— А… а сколько всего-то награда за твоё задание?
— Пять филок третьего круга, — честно ответил я, следя за его реакцией. — Две — тебе, три — мне. Я беру на себя весь риск, всю работу, а ты — формальность и подстраховка на случай, если что-то пойдёт не так снаружи. Справедливо?