— Что⁈ — он чуть не подпрыгнул. — Питомец⁈ На первом круге⁈ Ты меня за идиота держишь⁈ Системный функционал призыва и усиления питомцев открывается не раньше пятого круга! Это базовая механика! Ты лжёшь!
Его ярость была искренней, и это не удивительно… Он чувствовал себя обманутым вдвойне: сначала потерял доход, а теперь ему, как он считал, втюхивают полный бред.
— Покажи, — прошипел он. — Покажи этого своего «питомца» прямо сейчас, или я разорву этот договор и объявлю тебя мошенником, чьё слово ничего не стоит!
Я вздохнул. Это был очень рискованный шаг, но если я его не сделаю, то всё может стать намного хуже, поэтому выхода у меня не было. Я убедился, что окна в келье Горлика закрыты, после чего улыбнулся, и тихо произнёс:
— Хорошо, как скажешь…
В следующее мгновение рядом со мной материализовался мой рыжий компаньон. Он сел, сладко зевнул, и посмотрев на Гириуда равнодушным взглядом, принялся вылизывать свою лапу.
В комнате повисла звенящая тишина, и даже Горлик впервые за всё время медленно повернул голову и уставился на лиса своими золотыми глазами. Лицо Гириуда же вообще стало настоящим полем битвы для эмоций: недоверие, шок, жадное любопытство…
— Это… — наконец выдавил Гириуд.
— Привязанный питомец, — уточнил я. — И да, я его действительно привязал, обладая только первым кругом становления. Как — моя очень большая тайна. — закончил я, и отозвал лиса, сразу после чего тот медленно растворился в воздухе.
Гириуд удивлённо молчал, переваривая новую информацию. Его взгляд стал острым, и явно оценивающим. Он понял, что я не соврал ему о своём методе, но ещё он понял и кое-что другое… За этим методом стоит нечто большее в виде нарушения известных ему системных закономерностей.
— Откуда? — спросил он тихим голосом, без прежней ярости, на что я наклонился к нему, и понизив голос до шёпота, произнёс:
— А вот это, уважаемый Гириуд, уже совсем другой вопрос, и информация настолько высокой ценности, что я не уверен — хватит ли у вас филок, чтобы её купить.
Я видел, что в его глазах загорелся хищный огонь дельца, почуявшего добычу. Обида за пещеру, злость — всё отошло на второй план перед лицом потенциально революционного знания. Он был торгашом до мозга костей, и я только помаячил перед ним новым, невероятно ценным товаром.
— Интригуешь, юноша… Очень интригуешь. Вот, забери вторую половину филок, как договаривались, а что касается… новой темы… — он встал, поправил плащ. — Возможно, наши пути совсем скоро снова пересекутся, и я буду готов к этому намного лучше, чем сейчас. До встречи, Кейрон. До очень скорой встречи…
Глава 14
Тяжёлая дверь за спиной Горлика не успела закрыться, как в помещение снова скользнула Шани, и только после этого она закрылась с мягким щелчком, окружив нас идеальной тишиной.
— Непростой тип, — наконец произнёс Горлик задумчивым голосом. — Хорошо ли ты подумал, Кейрон, играя с ним в такие игры? Он сам, может, и не пустит ножа тебе в спину, но у него есть отличные, очень широкие связи. Молчаливые торговцы — это не просто название какого-то сборища торгашей. Это самый настоящий синдикат, и ты буквально только что обул одного из них.
Я равнодушно пожал плечами, хотя внутри всё буквально сжималось от странного холодка.
— Я терпеть не могу тех, кто наживается на чужих бедах, отбирая последнее под видом штрафа за невыполнение «законного контракта». Если у меня появляется хотя бы ничтожный шанс немного их… приземлить, и сделать мир немного честнее — я его использую. Даже если это повлечёт за собой серьёзный риск.
В этот момент я посмотрел на Шани, которая молча наблюдала за мной со своей привычной полуулыбкой, и криво усмехнувшись, похлопал себя по карману, куда до этого положил полученные филки, и произнёс:
— Ну что, Шани, — обратился я к девчонке. — Похоже, спор я всё-таки выиграл, да? Ты говорила, что он даст мне не больше сорока филок, а он дал семьдесят!
Девушка на это покачала головой, и смеющимся голосом сказала:
— Так-то ты конечно прав, вот только… Я и так не собиралась брать с тебя плату, однокольцовый, так что сильно то не радуйся…
Я не успел ничего ответить, как за моей спиной вдруг раздалось недовольное, старческое покряхтывание со стороны Горлика:
— Эта легкомысленная девчонка может позволить себе благородство, — проскрипел он, и его золотые глаза не мигая упёрлись в меня. — Я же, в отличии от неё, альтруизмом не страдаю. Десять процентов с семидесяти филок — это ровно семь штук, плюс одна филка, оговорённая ранее. Итого с тебя восемь филок третьего круга, птенец. Будь добр, не задерживай. Время, как я уже говорил, очень дорого.