Спустя какое-то время в комнату вошёл начальник всего бункера — Алексей Петрович собственной персоной. Это был очень не простой человек, и сейчас глаза этого человека при взгляде на девушку пылали ледяной, сдержанной яростью.
Как только он зашёл в помещение, то бойцы сразу же настороженно замерли, а в следующий момент он произнёс голосом, не терпящим возражений:
— Всем, кроме доктора, выйти из помещения. Сироткин и Дунаев — взять помещение под охрану, не впускать посторонних, ясно⁈
Спустя десяток секунд комната девушки опустела, сразу после чего мужчина перевёл взгляд на разбитую девушку, и требовательным голосом прорычал:
— Елена Васильевна, было бы неплохо, если бы вы начали объясняться прямо сейчас!
Лена посмотрела на мужчину совершенно пустыми глазами, в которых по прежнему стояло отражение красных системных букв. Она видела лицо своего начальника, но не осознавала смысла сказанных слов, потому что сознание до сих пор не могло поверить, что все амбиции обернулись пшиком, и по факту она теперь обычная смертная.
— Я… Он… — попыталась она сказать хоть что-то, но голос предательски сорвался, превратившись в хриплый шёпот.
— Что вы там мычите⁈ Конкретнее! — Алексей Петрович сделал шаг вперёд, и продолжил нагнетать обстановку:
— Вы самовольно, без доклада, покидаете объект под моим командованием, шляетесь не пойми где, а потом возвращаетесь в совершенно неадекватном состоянии, да ещё и в таком виде!!! Вы понимаете, что своим поступком вы фактически плюнули в лицо как мне, так и государству⁈ Это скандал!
Он продолжал поносить девушку на чём свет стоит, и это было реально страшно, потому что угроза в его словах была абсолютно реальной. Здесь, на Земле, в стенах этого бункера, он был царём и богом, а она посмела пойти против его власти и не только сбежать в другой мир, но ещё и по полной обосраться.
— Меня… поймали, — выдохнула она, и слёзы, которые она не могла выплакать в камере чужого мира, наконец хлынули неудержимым потоком из её покрасневших глаз. — Там… лорд… Он… провёл ритуал…
— Какой ритуал? Какой лорд? Елена, хватит разводить сопли и вспомните где вы находитесь!!! — Алексей Петрович уже потихоньку начинал терять контроль, и Лена видела, что в его глазах не было ни капли сочувствия, а только желание услышать хоть какой-то ответ, и наказать зарвавшуюся подчинённую.
Именно в этот момент, когда Лена уже потихоньку начинала отчаиваться в собственной жизни, дверь её комнаты вновь открылась без малейшего стука (что было очень странно, ведь её, по-идее, должны были охранять).
Спустя мгновение к ним в комнату зашёл мужчина среднего роста, одетый в строгий, идеально сидящий серый костюм. Лицо у этого человека было крайне интеллигентное, с внимательными глазами за тонкими стёклами очков. Он выглядел так, как будто только что вышел с какого-то важного совещания в крутой компании, и внезапно оказался в самом сердце подземного бункера…
— Алексей Петрович, — голос вошедшего был спокоен, но в нём чувствовалась привычка повелевать. — Позвольте поинтересоваться — какого чёрта вы себе позволяете? Немедленно покиньте помещение!
Алексей Петрович, до невозможности удивлённый таким поворотом, резко выпрямился и обернулся в сторону вошедшего, с искажённым от возмущения лицом.
— Вы кто такой⁈ Как вы сюда попали? Охрана! Это мой объект!
— Ваш объект находится в ведении Госкомиссии по аномальным явлениям, — холодно отрезал незнакомец, делая шаг вперёд, и каким-то непостижимым образом, не смотря на свой рост, начал давить гораздо более рослого Алексея Петровича, — А я — уполномоченный представитель этой самой комиссии. Полковник Игнатьев, если вам так важно знать моё звание. А теперь, будьте добры, покиньте помещение. Не вынуждайте меня применять полномочия, последствия которых, я вас уверяю, вам крайне не понравятся.
Между двумя мужчинами пробежала невидимая искра. Алексей Петрович, человек военный, привыкший командовать на своём пятачке, увидел в глазах пришельца нечто, что заставило его сдержать свой норов. Он почувствовал, что перед ним был не просто чиновник, а человек с доступом к ТАКИМ рычагам давления, перед которыми меркло даже влияние местного «царька».