Выбрать главу

Убогий сократил дистанцию. Мерз снова занёс оружие, но Убогий схватил его за шкирку.

Караванщик вырвался, занёс руку для удара, но Убогий перехватил его запястье. Мерз давил изо всех сил, но его сил не хватало.

Тогда он перебросил оружие в другую руку и вонзил обломок Убогому в плечо. Это была настоящая боль. Не чета удару плети.

Боль дала Убогому право на ответ. Он схватил караванщика за плечо и дёрнул что было мочи.

Ладонь Мерза с хрустом осталась в его руке, а сам он отлетел на несколько метров.

Убогий нелепо посмотрел на оторванную конечность и швырнул её в песок. Мгновенно из глубины вынырнула пасть и схватила добычу. Они чуют кровь.

— Раб! Как ты смеешь! — Мерз в панике запрыгнул на повозку, пытаясь спастись от тварей. — Пади на колени и молись о пощаде, и я сохраню тебе жизнь!

Убогий молча смотрел ему в глаза. Жить, не жить… Этим его не купишь. Он неумолимо сходил шаг за шагом.

— Твой выбор! Не вини меня в посмертии! — Караванщик снова взмахнул саблей. Синее сияние. Какое скучное.

Убогий шагнул в сторону — удар прошёл мимо. На лице Мерза застыл шок. Ещё один взмах — снова мимо.

Тогда он достал из кармана ампулу с пилюлями, проглотил одну. Убогий увидел, как плоть на его культе начала затягиваться.

— Да кто ты такой?! — Мерз нанёс ещё серию ударов, но все они прошли впустую. Убогий просто видел их траекторию заранее.

Убогий молчал. Ещё шаг — и вот они лицом к лицу. Искажённое ужасом лицо Мерза, его попытка вонзить клинок в сердце Убогого…

Но нога Убогого ударила его в грудь раньше. Пока караванщик летел в песок, его глаза с невероятным ужасом смотрели на раба, скитавшегося с ним целый сезон. Они не верили.

Он мог уничтожить весь караван с самого начала? Почему не сделал этого? Откуда такая сила?

Почему «закалка костей» не спасла, и он отшвырнул его, как мешок с песком? Капли крови упали на песок раньше него. Из глубин вырвалась пасть и поглотила караванщика целиком.

Убогий сморщился. Молча подобрал обломок сабли и выпавшую ампулу с пилюлями, а затем бросился обратно к Рассвету. Жизнь Мерза его не волновала. Тот ничему не научил Убогого, кроме как таскать камни.

Рассвет научил его благодарности. И Убогий собирался заплатить за этот урок.

В телеге Рассвет был уже на пороге вечности.

— Рот, — коротко бросил Убогий.

— Что? — тот просипел.

— Рот?

— Открой.

Рассвет покорно разжал губы, но разжевать пилюлю был не в силах. Убогий сжал его челюсти, заставив проглотить лекарство. Цвет кожи сменился с синюшного на просто болезненно-бледный, а раны начали стягиваться рубцами. Убогий впихнул ему в рот оставшиеся пилюли. Солнце достигало пика.

Дыхание Рассвета выровнялось, и он погрузился в сон.

Убогий знал — оставаться здесь больше нельзя.

Глава 3

Убогий скакал от одной телеги к другой. Без кандалов это давалось удивительно легко. Нужно было найти хоть какие-то остатки воды и еды, но повозки были практически пусты. Откуда Мерз вообще брал провизию?

В итоге он нашёл лишь три тощих бурдюка с водой и жалкий кусок пайки. Если растянуть, ему одному хватит на два дня.

Убогий посмотрел на Рассвета, который всё ещё не приходил в себя. Очнись тот — и стало бы проще. В одиночку не выжить, Убогий тоже должен спать.

Что делать? Даже калека живой полезнее трупа. К тому же, этот человек дал ему имя. Третий Брат… Звучало странно.

Еды мало. Воды мало. Тяжкие думы одолевали Убогого. От отчаяния его спасло лишь то, что Рассвет очнулся раньше, чем раба сковало неведение.

— Третий Брат? — Он в шоке потер глаза единственной рукой.

— Ты жив? Где мы?

Он осмотрел повозку, в углу которой были сложены немногие полезные вещи, найденные Убогим в лагере.

— В пустыне.

Рассвет тяжело рассмеялся и посмотрел на затянувшиеся культи. Волшебная пилюля караванщика отдала всю свою силу — дальше можно рассчитывать только на себя.

— Нам нужно убираться отсюда, — он мотнул головой в сторону солнца, неумолимо клонящегося к закату. — Иначе эту ночь мы точно не переживём.