- Так почему же он не кланяется на Соборе, ведь он унижает Князя.
- Это право ему даровано за особые заслуги, - сморщился Михаил.
- За какие?
- Было дело, когда он уничтожил целую армию мятежных князей своим волшебством. Сам не присутствовал, но записи очевидцев читал, пять сотен кирасиров по земле размазал, даже глазом не моргнул. Тогда еще десант заморский высадился в стоггских землях. А Филипп молодой еще был и растерялся, в общем, пока думал, вражеские отряды уже к столице подобрались. Вот тут то Клонг и вмешался, по просьбе или без - не знаю, но силу он свою продемонстрировал шикарно. Рассказывают, на поле брани такой фейерверк устроил из молний, огня и шматов человеческого мяса, страшно подумать. После этого десанты к нам не рискуют высаживать, а Аримосу даровано особое право не кланяться никому в княжестве, даже правителю. Вот же до чего гордый и надменный этот южанин, мог просить в награду чего угодно: земли, деньги, шахты, войска, а попросил чушь какую-то, - фыркнул старый разведчик.
- А отчего он так долго живет? – заинтересовался Гелен.
- Магические штучки, - пожал плечами Михаил, - а что?
- Да знаем мы одного, тоже живет не мало, - нахмурился Ост.
- Нет, за такие штуки, что Хель-Деррон проворачивал, Клонга бы инквизиция сгноила.
- Так с такой силой ему никто не указ, - возразил Кеней.
- Ну уж, если бы ему был никто не указ, то правил бы он уже всем миром. И на него найдена управа, а то чего бы он служил Стоггу.
- А что за управа?
- Извините, юноши, государственная тайна, вам знать не положено.
Следом за архимагом появился ученый или, скорее, алхимик в серой мантии и смешной шапочке. Он передвигался медленно и неуклюже, будто весь его двигательный аппарат был плохо смазан и вот-вот должен был заскрипеть.
- А, дражайший Денор Влад пожаловал, - саркастически заметил Михаил.
- Боги, кажется, что этот человечек сейчас упадет замертво прямо у трона Филипа, - изумился Гелен.
- Как же, упадет. Не дождетесь. Этот не просто человечек, он Верховный алхимик. Много глупцов думали, что он окочурится в ближайшие дни, а тот живет и живет. Говаривают, что он все-таки открыл эликсир бессмертия, а то с чего бы ему здравствовать вот уже сто шестьдесят лет. Но хитрый Денор, не спешит раскрывать секреты и ссылается на долгожительство и правильное питание. Ну поглядим, как он будет оправдываться через пару десятков лет.
Когда старшие чины столицы заняли свои места, настала очередь удельных князей, и здесь Михаил не преминул уличить во всех смертных грехах чуть ли не каждого. По правилам Входа удельные князья вошли вместе, наравне друг с другом, как равные по крови и чину. Четыре удельных княжества и главное княжество составляли государство Стогг. По правам наследования удельные княжества передавались по старшинству по мужской линии. Все удельные княжества были подчинены правителю главного, в каждом была своя армия, своя форма правления, но все они подчинялись и общим законам, установленным для всего Стогга и, конечно же, платили установленные взносы в княжескую казну. На Великом Соборе голос удельных князей решал, выйдут ли их армии в объединенный поход или же нет; если большинство выступало «за», то меньшинство подчинялось. Вошедшие в зал четыре рыцаря выстроились перед князем; внешне они были абсолютно различны, хотя и происходили от одного древнего рода.
- Тот, что слева, в черных латах и с двуручным мечом – князь Велкор Второй, – начал рассказ Михаил, - он сильный воин, в его княжестве самая большая армия. Это натренированные солдаты, знававшие жар битв с самыми грозными северными племенами. Особенно славны два полка – Черные клинки и Потрошители, ими командует только Велкор, и надо отдать ему должное, во время сражений никогда не отсиживается в палатке, как другие князья, а идет в бой в первых рядах, и жив до сих пор, что удивительно. Прекрасно владеет двуручником, видал я его как-то за тренировкой - виртуоз, что ни говори. Велкор верен Филиппу и считается его самой главной опорой, правда, он из рук вон плохой делец, и в его княжестве вечно туго с продовольствием и ремесленной продукцией, главному княжеству часто приходиться присылать ему помощь, но Великий Князь знает, что эти расходы идут на поддержание армии, и не жалуется. Его вам будет легко убедить, он давно не воевал и порядком засиделся в своем уделе. К тому же он верен воле князя и противиться не станет.