- Мы уважаем ваше слово, но можете быть уверены, опасности данная экспедиция не представляет. Это мирное исследование.
- Да как же, будь оно мирным, вам бы не отрядили личный фрегат принца стоггского двора.
- Дело в том, что за нами возможна погоня, недоброжелатели с земли спят и видят нас в светлой памяти.
Де Нур сделал гримасу, явно выражающую солидарность с «недоброжелателями с земли», но, взяв себя в руки, ответил:
- В таком случае, мы договорились. Рад, что мы поняли друг друга.
- Мы этому рады не меньше, поверьте.
- Это все?
- По деловой части, да, - улыбнулся Гелен.
- То есть?
- Я заметил на вашем столе очень интересный предмет для беседы, - ответил Гелен, обводя взглядом, стол капитана, - как вижу, вы скучаете в подобной обстановке, - я имею в виду, когда все тихо, - так, может быть, вы не откажетесь побеседовать?
- Что же за предмет вы заметили? – мина раздражения исчезла с лица капитана.
- «Слово», так, кажется, называется эта книга, - Гелен указал на толстую старинную книгу в обложке из дорогой кожи с малахитовыми вставками и позолоченным крестом посередине.
- Если быть точным, эта книга называется «Заветы», но и «Словом» ее тоже называют, точнее «Словом божьим». Вас интересует религия?
- Интересует, я и мой друг в силу юного возраста очень любознательны, к тому же мы некоторое время провели в Стогге и так ничего и не узнали о вере северного народа, - снова улыбнулся Гелен и, сидевший рядом Норд, неожиданно для себя отметил, что манера поведения друга стала более уверенной, в нем сквозило превосходство.
- Вы из инквизиции? - прищурился капитан.
- Ни в коем случае. Мы принадлежим к соронийской вере. Культ семи богов, может, слышали?
- Слышал. Не то чтобы я боялся этих полоумных монахов, но все же не хотелось бы с ними ссориться. Так что же вы хотите?
- Я вижу, вы человек умный, хотелось бы узнать побольше о вашей религии, мы уже как-то пробовали расспросить нашего экскурсовода об этом, но он ограничился всего лишь примитивными, даже глупыми фразами.
- Я неверующий человек.
- Тогда зачем вам «Слово божие» на столе?
- Это старый боевой трофей, я полагаю, что он приносит мне удачу.
- Тем лучше, у нас есть шанс услышать стороннюю точку зрения, правда? - Гелен весело подмигнул Кенею, и тот энергично закивал. - Вы ведь знаете о ней хоть что-то.
- Я не тупоголовый вояка, я учился в стоггской школе мореплавания в свое время и посещал уроки теологии. Ладно, хотя ваша компания мне не очень приятна, пожалуй, небольшая беседа будет полезна и мне и вам.
Кеней только подивился тому, как Гелен расположил капитана к беседе, хотя тот минуту назад готов был вышвырнуть из каюты их обоих.
- В таком случае, - начал Гелен отпивая вина, - поведайте, пожалуйста, историю этой религии и вкратце, в чем ее смысл. Честно говоря, сколько я ни пытался, так и не понял этого. Библиотека Горта, - а я именно из этого города, - очень скудна по части религий севера, - Ост вошел в свою привычную манеру разговора - объевшегося сметаны ученого кота из старой детской сказки, популярной когда-то в Соронии.
- Честно скажу, историю я помню плохо, но тем не менее кое-что рассказать могу. Религию, которую мы называем христианством, принес в Стогг проповедник по имени Иуда. Как гласит священное писание, он принес людям проповеди его учителя, которого когда-то предал.
- Хорош проповедник, - хмыкнул Гелен.
- Дальше больше, - улыбнулся Шадар. - Предав своего учителя, которого позже из-за этого казнили, Иуда раскаялся и, не вынеся мук совести, повесился на осине, а после смерти был воскрешен для новой жизни и, чтобы искупить вину, должен был нести свет истинной веры в новые земли. Как вы, наверное, догадались, «новые земли» - это ни что иное, как Стоггское княжество. Где происходили события с предательством и казнью Иеговы - неизвестно, по словам Иуды - в мире за божественной гранью, куда прочим ход заказан. Что это означает на самом деле, история умалчивает. Так вот, связанный высочайшей клятвой, Иуда отправился по стоггским землям, проповедуя новую веру. Надо сказать, искуплял он свой грех рьяно, и давалось ему это с потом и кровью в прямом смысле слова. Не просто было объединить языческий Стогг под знаменем новой веры, столь трудно поддающейся пониманию. Иуду везде встречали кулаками. Но ключевое слово во всей этой истории – объединить. Религия, если отстраниться от всякой там божественной чепухи, очень хороший рычаг власти. Управлять разрозненными и полудикими язычниками было гораздо сложнее, чем единоверцами. Власть вскоре это поняла и стала исподволь помогать Иуде в его искупительном походе. В столице он основал церковь Последних дней Иеговы, быстро обзавелся паствой и стал при помощи владетельного дома, не торопясь, обращать язычников в христианство. Когда же все те, кого можно было обратить добровольно, уже были обращены, Иуда придумал инквизицию, которая действует и по сей день. Провозгласив себя архиепископом новой церкви, он отправился в карательные походы против неверных и, вскоре после таких походов стоггское население почти поголовно обратилось в новую веру. Не всем князьям нравилась подобная неродная вера, многие не хотели делиться властью с архиепископом, а потому христианство не раз пытались упразднить, но поздно, - страхом и болью из стоггского народа вытравили память о его корнях, и обратный путь был еще более труден. Поэтому все, чем ограничились князья - это ослабили церковь до такой степени, чтобы поставить княжескую власть выше церковной. Иуду вскоре убрали за ненадобностью и кто-то считает, что грех он свой не только не искупил, но и усилил. Это, конечно, неподтвержденные факты, за подобное высказывание мне бы полагался костер, ведь официально он считается самым главным святым. Но я, тем не менее, склонен полагать, что этот так, поэтому предпочитаю верить в себя, а религия - это для слабаков, какая бы она ни была. Мне, признаюсь, всегда внушало отвращение сборище догматиков, кои именуют себя церковью и истиноверцами, - поморщился де Нур.