Выбравшись на поверхность, Труст еще немного побарахтался в выгребной яме, словно ему это доставляло удовольствие, а потом с неохотой, как из теплой ванны, выполз и, держась в тени, засеменил по узким переулкам к центру внутренних дворов тюрьмы. По дороге ему встречались патрули стражников. Они были велики и свирепы на вид, хотя по сравнению с громадой Вельзегором казались пигмеями. Стражники не заметили диверсанта, поскольку то, будто хамелеон, сливался со стенами, вдоль которых держал путь к центру крепости. Ступая аккуратно на мягких босых ногах, Труст вскоре оказался у самого охраняемого объекта во всей цитадели.
Единственный источник питьевой воды во всей пустыне был огорожен стенами и находился под неустанным надзором стражников. Варварам требовалось много воды, и они часто приходили к окольцованному камнем ключу, чтобы напиться. Именно поэтому у фонтана всегда было людно.
Это обстоятельство нисколько не смутило диверсанта. Он, бесшумно и ловко лавируя между огромными охранниками, подобрался к источнику незамеченным. Проскальзывая между двумя варварами, он между делом подслушал их беседу.
- Что за времена настают? – спросил один из них, тот, что был побольше и помассивнее.
- Наши времена: хорошая погода наступила, как дома, на севере, - прорычал второй.
- А что говорит Истирг?
- Да ничего не говорит. Никто не знает, почему настали перемены. Скоро все важные шишки соберутся в столице, чтобы обсудить, хм…, проблему?
- Ну-ну.
Тем временем Труст уже подобрался к роднику и бесшумно снял с шеи заветную бутылочку.
Бережно открутив крохотную крышечку, он любовно посмотрел на порошок под стеклом: маленькие ярко-зеленые кристаллы улыбнулись своему создателю и с легким шуршанием ссыпались в синеватую воду. Немного поплавав на поверхности, яд медленно осел и растворился, придав воде едва заметный зеленый оттенок.
Труст отполз подальше и с наслаждением стал наблюдать, как один за другим все новые и новые стражники подходят к источнику и жадно глотают воду. Вдоволь налюбовавшись, он удовлетворенно кивнул и заторопился к воротам.
У отпирающего механизма, где дежурило три часовых, отравитель остановился и, облюбовав темный, пыльный и грязный угол в сторожевой комнате, затаился в нем, ожидая подходящего момента.
***
В преддумгардских пустынях разыгралась яростная песчаная буря. Все заволокло едкой переливающейся пеленой. Из ветряного хаоса, словно призрак прошлого, вышел барон Вельзегор. Великан, гремя панцирными доспехами, заглушал рев урагана. Он подступил к стенам тюрьмы и замер у ворот. Следом за ним, бесшумно и осторожно, ступали разбойники, готовые к бою. Но боя не последовало: все стражники верхнего Думгарда уже были умерщвлены неизвестным и коварным ядом. Только в шахтах еще оставались живые варвары, которые не успели ещё испить из источника. Их было ничтожно мало.
***
Завидев из окна сторожки приближающееся войско господина, Труст выполз из своего убежища и опрометью бросился бежать к механизму, отпирающему ворота. Теперь он уже не опасался быть замеченным, прекрасно зная, что его зелье давно убило всех врагов.
Крутанув исполинское деревянное колесо с силой, несоразмерной его чахлому телосложению, Труст устремился вниз по винтовой лестнице под скрежет цепей, приведенных в движение механизмов и под скрип отворяемых ворот.
***
Ворота с грохотом опустились прямо к ногам барона. Из-за его спины выплыл Хель-Деррон. На его осунувшемся лице было написано выражение триумфа. Подбежал Труст.
- Хозяин, хозяин! - простонал слуга, бухаясь на колени. - Я все выполнил, я вас не подвел, ваша светлость! – пищал Труст.