В трактире и подле него собирались крестьяне и рыбаки. Одни пили и делились новостями, играли в кости или карты, другие дымили крепким южным табаком, добродушно жмурясь от удовольствия.
По набережной, чуть не сбивая друг друга с ног, носились непоседливые мальчишки; некоторые из них уже облачились в праздничные маскарадные костюмы.
Вокруг ловкого жонглера, начавшего представление, не дождавшись открытия ярмарки, толпились любопытные дети. Каждый раз, когда фокусник с потрясающей быстротой ловко хватал острые ножи, восторженная детвора весело кричала и хлопала.
Не отставали от общего веселья и два верных друга. Вдоволь налюбовавшись на закат, они брели к центральной площади, оживленно беседуя.
- Ты что же, всерьез думаешь, что Мудрейший - Дерей Арвус - продержится на своей должности дольше, чем до следующего затмения? – недоумевал Гелен.
- Конечно, ведь он грамотно правит страной, он наладил торговые связи с соседями и поправил отношения с грозными южными державами, - убеждал друга Кеней.
- Да, но ведь он жутко консервативен: Арвус не очень-то доверяет новым веяниям науки и техники, - спорил Ост.
- Может, это и к лучшему.
- Как же к лучшему! – не унимался Гелен. – Это же ужасно, что у крестьян кроме плуга нет других орудий труда. Уже давно изобрели много новых приспособлений, но Дерей упорно отметает все, что ему предлагает Истиргская академия.
- По-моему, крестьяне совсем не жалуются, - им нравится та жизнь, которая у них есть, сытая и свободная, да и не нам судить о делах столицы, - Кеней попытался завершить разговор, грозивший перерасти в лютый спор. Когда речь шла о политике, его друг начинал тут же выходить из себя и вовсю критиковать верховного правителя Соронии.
- Настоящий упырь, - вдруг прошептал Гелен, крепко зажмурив глаза.
- Что? Ты это о ком? - не понял Норд.
- Вон он, фонарщик, идет нам навстречу, редкостная мразь! - прорычал Ост.
- Ты-то откуда знаешь? Вы, кажется, незнакомы? - удивился Кеней.
- Теперь знакомы, его имя Ступ, он только что, напившись, задушил свою жену и теперь идет топиться сам, - с отвращением сказал Гелен.
- Это твой дар? – догадался, наконец, Кеней.
- Да, я увидел его глаза, а в них - само убийство.
- Тяжело, наверное, вот так каждый раз знать о человеке все, - посочувствовал Норд.
- Я привык, пойдем скорее, а то мне что-то нехорошо, - Ост сжал виски и поморщился от боли.
- Как пойдем? Надо сообщить в охрану, иначе этот негодяй слишком легко отделается, - возразил Кеней.
- Не надо никому сообщать.
- Почему?
- Он все равно не утопится: смелости не хватит, к тому же его соседка слышала, как кричала жена перед смертью и уже донесла твоему будущему начальнику. Через полчаса упыря схватят, потом его приговорят к каторге, - равнодушно ответил Ост, и друзья направились к центральной площади.
Кеней успел привыкнуть к тому, что у его друга иногда случаются внезапные озарения, открывающие неожиданную правду о том или ином человеке. Норд уважал дар своего друга.
Луна клонилась к горизонту, близилось утро праздничного дня.
***
Праздник Святого Урожая был самым знаменательным и богатым во все затмение. В тот день по улицам ходили здоровенные мужики с не менее здоровенными бочками, в которых плескался светлый ароматный эль. Любой мог вдоволь насладиться этим замечательным напитком. В воздухе витал приятный аромат свежих яблок и рябины, домашней выпечки и цветущих белых роз.
С утра Горт находился в небывалом оживлении: обычно неторопливая, жизнь в праздничный день текла бурно и спешно. Все стремились купить что-нибудь на ярмарке, посмотреть на представления, при этом успеть приготовить маскарадные костюмы и испечь пироги.
Ближе к вечеру все будто замирало. Наступало затишье перед настоящей праздничной «бурей». Лишь только опускалась ночь, на улицах загорались разноцветные фонари и факелы. Ряженая детвора с шумными криками летала по переулкам и пугала захмелевших взрослых. В этот день было дозволено всё: напиться и не услышать укоризненных возгласов окружающих; бродить по городу и горланить песни до поздней ночи, не боясь патруля. Народ гулял до исступления: пил, ел и встречал первый урожай. Считалось, что чем шумнее и разнообразнее будет гуляние, тем больше будет зерна у крестьян и улов у рыбаков.