Ни на кого нападать они, конечно, не собирались, но решили, что обходить стороной все встречные компании слишком долго, а время было дорого. Из-за поворота слышался гомон толпы, скрип тележных колес и ржание лошадей. Кеней приготовил арбалет, на случай, если их обнаружат, хотя стрельба в планы и не входила, предполагалось просто отлежаться, до тех пор, пока люди не пройдут дальше по дороге. Рядом в траве лежал Севереон, он слился с окружающей природой, буквально растворился в сумраке, будто сама ночь укрывала его от постороннего взора. Кеней не слышал его дыхания, ничто не выдавало его присутствия. Бродяги будто не было вовсе, и, тем не менее, Норд знал, что вот он тут, лежит рядом, следя за дорогой.
Щелкнул взводной механизм на пистоле странника.
Из-за поворота показались четыре деревянные повозки с полотняной крышей. На каждой у вожжей сидело по два человека. Рядом с повозками шли дети и подростки, чуть поодаль ехали, осматривая местность, верховые. Под полотняными стенами горели огни масляных светильников, и казалось, что повозки светятся. Изнутри доносилось мелодичное пение, Кенею показалось, что этот сладкий голос он где-то уже слышал, забытое чувство кольнуло сердце. Он вспомнил. Так пели на ярмарках в праздник урожая.
- Цыгане, - шепнул Севереон, - поосторожнее, парень, и потише, этот степной народ умеет обнаруживать, малейшая оплошность - и они тут же тебя схватят, даже наше удачное местоположение нас не спасет.
- Ты сказал, это цыгане, я думал, что их можно встретить только на левобережье Нельи.
- Их можно встретить везде, довольно шустрый народец, а главное ловкий.
- Ты уверен, что это цыгане?
- Полностью. Видишь ли, я немного знаком с их языком.
- Они воинственны?
- Нет, но если сочтут, что ты им угрожаешь или что у тебя есть что-то ценное, - пиши пропало: живым не выберешься.
- Может, попробовать поговорить с ними?
- Лучше подождать, пока они уйдут.
Табор, похоже, не собирался двигаться дальше по дороге. Слева от холма, который облюбовали два путника, на небольшом пустыре повозки остановились. Из них стали появляться женщины в пестрых нарядах. Мужчины спешились. Похоже, цыгане намечали устроить привал.
- Все-таки надо спуститься и поговорить, - сказал Кеней.
- Не стоит, - ответил стрелок, - они не очень любят гостей.
- А подозрительных типов, залегших на холме, они, как думаешь, полюбят больше?
- С чего ты взял, что они нас найдут?
- Подумай сам. Они остановились, собираются разбить лагерь, откуда лучше всего следить за безопасностью? С нашего холма. Сейчас они поднимутся сюда. И у нас будет два выхода: либо сдаться на их милость, либо перестрелять их из-за угла, потому что в открытой схватке мы покойники.
Пусть Кеней и не получал в Корпусе стражников высоких отзывов от учителей мирознания и алхимии, не любил книги и не разбирался в науках, зато он лучше любого соображал в тактике, и быстрее него оценить ситуацию, мало кто мог.
- Не хочу показаться трусом, но мне больше нравится второй вариант, - заметил Севереон после недолгого раздумья. В трудной ситуации он вдруг потерял охоту к болтовне.
- Еще есть третий вариант: спуститься, пока не поздно и прикинутся безобидными нищими беженцами, к тому же ты знаешь их язык.
- Можно попробовать, - согласился странник и снял палец с курка, - пойдем.
Они спустились, обогнули холм и вышли с другой стороны. Двое в потрепанных одеждах вполне могли сойти за бродяг. Подойти близко к лагерю цыган путешественники не успели. В нескольких метрах от пустыря им перегородили дорогу двое смуглолицых мужчин со старинными тяжелыми арбалетами в руках. Их длинные волосы посерели от пыли и пепла, но лица еще не потеряли особого цвета, свойственного тем, кто долгое время проводит на солнце. Дозорные выглядели отнюдь не приветливо, они оценивающе осматривали Кенея и Севереона, молча, сверля острым взглядом каждого.
- Мы странники, ищущие ночлега и вестей с севера, - прервал повисшее молчание Кеней, миролюбиво вскинув руки. Севереон не замедлил перевести.
Цыгане никак не отреагировали, лица их остались бесстрастными.
- Но если вы не рады гостям, мы можем просто пойти своей дорогой, - продолжил Кеней.