Невдалеке показалась деревушка или скорее постоялый двор, совсем маленький, даже Ликро казалась по сравнению с ним столицей. День близился к концу.
- Зайдем перекусить и поищем ночлег? – спросил Кеней.
- Да, пожалуй. Сегодня сон на открытом воздухе будет крайне неприятен, - ответил солдат.
Они миновали привязь для лошадей, заколоченную кузнечную мастерскую, пару покосившихся сараев, несколько хижин с соломенной крышей и подошли к самому большому зданию, по-видимому, местной управе. У входа горел фонарь и на доске-глашатае висел пергамент черного цвета, на котором витыми золотыми буковками был выведен текст:
«Особый свод законов нового правительства Всевеликого герцога Ремоса Оноре Хель-Деррона»
*ЛЮБОЕ ПРОТИВОДЕЙСТВИЕ ВЕРХОВНОЙ ВЛАСТИ КАРАЕТСЯ СМЕРТНОЙ КАЗНЬЮ
*НЕПОДЧИНЕНИЕ ВЛАСТЯМ КАРАЕТСЯ СМЕРТНОЙ КАЗНЬЮ
*СОСТАВЛЕНИЕ И РАСПРОСТРАНЕНИЕ ПИСЬМЕННЫХ, ПЕЧАТНЫХ И ИНЫХ СОЧИНЕНИЙ ИЛИ ИЗОБРАЖЕНИЙ С ЦЕЛЬЮ ВОЗБУДИТЬ НЕУВАЖЕНИЕ КО ВСЕВЕЛИКОМУ ГЕРЦОГУ И ЕГО ПРАВИТЕЛЬСТВУ КАРАЕТСЯ КАТОРЖНЫМИ РАБОТАМИ В ДУМГАРДСКИХ ШАХТАХ НА СРОК НЕ МЕНЕЕ 45 ЛЕТ
*ЗА УКРЫВАТЕЛЬСТВО БЕГЛЫХ ПРЕСТУПНИКОВ ПОЛАГАЕТСЯ ПУБЛИЧНАЯ КАЗНЬ
*ЗА СОКРЫТИЕ ЦЕННОСТЕЙ И ПРОДОВОЛЬСТВИЯ ОТ МЕСТНЫХ ВЛАСТЕЙ – ЗАКЛЮЧЕНИЕ В ПОДЗЕМЕЛЬЯХ ДУМГАРДА НА СРОК НЕ МЕНЕЕ 30 ЛЕТ
*ПРОИЗНЕСЕНИЕ ДЕРЗКИХ И ОСКОРБИТЕЛЬНЫХ СЛОВ В АДРЕС ВСЕВЕЛИКОГО ГЕРЦОГА КАРАЕТСЯ СОТНЕЙ УДАРОВ РАСКАЛЕННЫМИ ПРУТАМИ
*ХРАНЕНИЕ ОРУЖИЯ И ДРУГИХ ОПАСНЫХ ПРЕДМЕТОВ КАРАЕТСЯ КАЗНЬЮ ЧЕРЕЗ ПОВЕШЕНИЕ НА МЕСТЕ.
Рядом висело объявление на такой же черной бумаге: «По указу Всевеликого герцога Ремоса Оноре Хель-Деррона столица соронийских земель отныне и впредь переименовывается из Истирга в Дит».
- Вот она, новая власть во всей красе, – нахмурился Норд, - проще было не тратить бумагу и написать: шаг в сторону без указки герцога – смерть.
- Что-то мне подсказывает, что это еще не самая худшая сторона нашего «Всевеликого», - грустно улыбнулся Севереон.
Странники прошли дальше по улице к таверне. Она представляла собой трактир самого последнего сорта. Не каждое питейное заведение у дороги могло похвастаться таким обилием тараканов и грязи. Впрочем, внутри было довольно людно, народ не смущал беспорядок, все ели и пили с аппетитом. Покупать что-либо из местной кухни путники не отважились, лишь приобрели бутылку вина и сняли комнату на ночь.
Усевшись за столик, выпили. Кеней закурил.
В каменной печке потрескивали поленья, сладковатый аромат винного спирта, табачного дыма и масляных ламп заполнял помещение. Клонило в сон. Норд положил голову на ладонь и, поглядывая на соседний столик, предался воспоминаниям о счастливом и спокойном прошлом.
Севереон ему нисколько не мешал, он потягивал эль и раскладывал какой-то замысловатый пасьянс. Хорошие воспоминания согревали даже лучше чем вино, но все они были пропитаны грустью. В тот вечер Кеней вспомнил мать и Сталла, вспомнил потерянный дом и Лию. Вспомнил все то, что приносило боль, ту, от которой он бежал.
Он почти уже спал, когда из-за соседнего стола поднялась девушка в потрепанном дорожном плаще. Она взяла свою кружку с чем-то горячим и подошла к Кенею. Севереон с глубокой сосредоточенностью и завидной скоростью перекладывал карты. Она без приглашения села, неторопливо отхлебнула из кружки и поправила капюшон, скрывавший ее лицо.
Бывший стражник не обратил на это никакого внимания, он все сражался с раскладом, который упорно не сходился. Зато Кенею не очень понравилась наглость незнакомки, он мгновенно стряхнул подступающий сон и не замедлил возмутиться:
- Прошу прощения, но вы, кажется, забыли представиться и попросить разрешения присе…, - слова застряли в горле. Девушка откинула капюшон и тусклый свет ламп озарил ее растрепанные рыжие волосы и все еще миленькое личико.
- Может, ты простишь мне эту оплошность? - спросила девушка и слегка улыбнулась.
- Лия, - спокойно констатировал Норд, - не ждал вас здесь увидеть.
- Мы уже на «вы», с каких пор? – закатила глаза Лия.
- С тех самых, когда ты предала меня, - все так же спокойно ответил Кеней.
- Да, я жутко виновата, ты, конечно, можешь меня и не простить, но неужели у тебя не осталось хороших воспоминаний обо мне, не осталось ни капли чувств?