Вскоре на костре уже жарились припасы из походного рюкзака Кенея и кое-что из особых блюд стрелка.
- Кстати, где это мы? – поинтересовался Ост.
- Там, где и должны были оказаться по твоему гениальному плану, - улыбнулся Кеней.
- Селлдор?
- Именно, и скоро мы отправимся по нему к Стоггу. Конечно, после того, как ты хорошенько поправишься, а то ты на скелет похож стал, и так тощий был, теперь совсем костями гремишь, - весело подметил Кеней.
- Что правда, то правда, – ответил Ост, запустив в друга снежком, - но думаю, силы вернутся ко мне быстро, и больше суток мы здесь не задержимся.
- Отлично, а в это время вполне разумно заняться изготовлением более теплой одежды. Теплых шкур нам хватит, - сказал Севереон, - я тут на досуге поохотился, - с этими словами он извлек из своего мешка огромную связку меховых шкурок.
- Ничего себе «на досуге поохотился»! – воскликнул Кеней. - Ты меня удивляешь, тут добычи на целый взвод охотников!
- Смотря каких охотников, - подмигнул стрелок.
***
Кеней решил покинуть лагерь. День близился к концу. Одежда была готова, и Гелен с Севереоном увлеклись каким-то глубоконаучным разговором. Ему в этой беседе участвовать не захотелось, и одинокая лавочка за каменоломней оказалась очень удобным местом для созерцания окрестностей и спокойного уединения. Несколько кругов назад к путникам вернулся лесной пес, который вынужден был передвигаться на своих четырех и оттого так припозднился. Перекусив, он присоединился к беседе Гелена и солдата. Кеней же, чтобы не показать себя в такой беседе невеждой, предпочел поразмышлять в уединении. Но сделать этого ему не довелось…
Он вдруг услышал рядом с собой негромкий шорох, который доносился вроде бы из-за небольшой скалы, за лавочкой. Кеней выхватил меч.
- Кто здесь?
Глупый вопрос, конечно, но лучшего в тот момент не возникло. Ответа не последовало, и шорох снова повторился, более громкий. Норд упрекнул себя за то, что так далеко отошел от лагеря. Здесь его было совсем не видно и, скорее всего, не слышно.
- Кто здесь? - снова повторил он и медленными осторожными шагами направился в обход скалы, от которой когда-то, видимо, откалывали камни.
Вдруг, от куда-то сверху раздался голос, не похожий на человеческий, очень громкий, раскатистый, со странным отрывистым выговором.
- Здесь мой дом, и я не видел гостей долго, - сказал голос.
Кеней отошел немного назад, чтобы разглядеть, кто забрался на скалу и говорит с ним, как вдруг сама скала содрогнулась, зашевелилась. Полетела во все стороны каменная крошка, огромные валуны обрели движение, стали перемещаться медленно, словно освобождаясь от многовековой коросты. Вскоре скала обрела форму, очень отдаленно напоминающую человеческую фигуру. У нее были руки и ноги из камня, на них даже пальцы имелись. А голова со щелью вместо рта и пустыми проемами вместо глаз была покрыта толстыми солевыми наростами. Каменная глыба встала перед ошеломленным Нордом, похожая на грубо отесанную пьяным мастером заготовку для будущей статуи.
- Я Гелерофонд, - представилось каменное создание, и Кенею показалось, что он бредит.
- Я Кеней Норд, - машинально ответил юноша.
- Гелерофонд ад идеть ас в оих ладениях.
«Вот, докатился, теперь я разговариваю с грудой камней, хотя… Гелен рассказывал, как плавал по Нельи с духом, состоящим из одной воды. Так что, может, я еще не свихнулся» - подумал Норд, и сказал вслух:
- Кто ты или что?
- Я голем, оздание еумелого колдуна, который ади забавы ал разум озданию из амня, - существо говорило медленно, с трудом произнося слова: столько затмений без практики. - Гелерофонд не ичинит тебе реда, вижу ты остал оружие, оно тебе не онадобится. Не дивляйся говору с амнем, амни могут огое поведать, если им дарить речь. Присядь и ослушай мою историю, она ечальна, и у меня авно не ыло остей. Ослушай ее, будь моим остем, Кеней Норд, - сказал Гелерофонд и сам присел, согнувшись на своем подобии ног.
Кеней тоже сел, бежать расхотелось, появился интерес. В конце-концов, если не видел такого раньше, это не значит, что этого не может быть. Он впервые четко понял, как же далек был южный Горт со всеми своими легендами и сказками от настоящего, еще более сказочного и загадочного Мира.