Гелен же не думал так легко сдаваться. Зачем умирать, если еще можно пожить, зачем готовить свое сознание к смерти, собирать мужество и волю, если можно потратить эти секунды на размышление, на поиск выхода, ведь почти всегда у дороги находится развилка.
Совершенно внезапно, как отголосок прошлого, в памяти всплыли слова: «я даже в капле воды»
К чему бы эта глупость вдруг пришла на ум? Точнее не пришла, а вломилась, и не желала уходить, сколько бы не пытался Ост прогнать назойливую мысль. Словно кто-то другой вошел в его разум и навел там угодный ему порядок.
- Дай мне свою фляжку! - внезапно воскликнул Гелен. - Скорее, ну же, давай!
Кеней, словно выйдя из транса, тряхнул головой, обернулся.
- Не понял.
- Что тут понимать? Дай сюда фляжку! Быстрее! Хватит копаться!
- Держи, - Норд снял с пояса походную фляжку и бросил Гелену.
То, что тот принялся с ней делать, заставило Кенея подумать, что друг сошел с ума.
Ост отрыл фляжку и вылил из нее всю воду. Вначале песок жадно впитывал ее, но вскоре образовалась маленькая лужица. Гелен склонился перед ней и стал что-то кричать. Выглядело это по-дурацки: парень, сложив ладони рупором, орет на маленькую лужу.
Вихрь сжался до кольца в несколько шагов, его рев перекрывал любые звуки.
Тем временем Ост достал из кармана предмет, это был свисток, подаренный ведьмой…
Всего несколько капель воды, в которых едва можно было смочить палец, внезапно превратились в бьющий ключом полноводный источник. Вода хлынула во все стороны, но, набрав полметра в окружности, перестала растекаться, а стала подниматься вверх, будто потекла вверх по стене из чистейшего стекла. Изрядно наполнив невидимый резервуар, вода закружилась в противоположную вихрю сторону, превращаясь в водоворот, только на суше.
- Противоречит природе…, - выдавил пораженный Севереон.
- Так и надо! Все верно! Я знал! – ликовал Гелен. - Это Фрейн! Дух воды, он на нашей стороне!
Водоворот продолжал увеличиваться, расти, на его вершине появилось водянистое очертание туловища, головы, такое точное, такое реальное. Последними выросли огромные руки. Исполин огляделся, и завертелась пляска боя.
Фрейн накрыл путников сферой из чистого льда, такой прочной, что даже огромная полевая баллиста не пробила бы эту защиту.
Тем временем за пределами сферы разразилась битва достойная стать легендой, вровень с божественными письменами.
Фрейн ударил обеими руками сразу, смерч пошатнулся, в его стенках образовались зияющие дыры, сквозь которые можно было разглядеть пасмурное небо. Еще удар. И еще, и еще… Дух воды бил и бил по стенам, со все нарастающей скоростью, с истинным буйством стихий, так бушует северный океан в зимнее время, безжалостно и неистово.
Вскоре под яростным напором ветряное кольцо рассыпалось на множество маленьких смерчиков. Своими продутыми головами духи ветра сообразили, что бой проигран, и бросились врассыпную, даже не пытаясь контратаковать. Далеко не ушли. Каждый был заключен в ловушку, в сферу изо льда. А потом все сферы, кроме той, в которой сидели беглецы, покатились к Фрейну и растаяли в его огромном теле.
На поле брани двух стихий было слякотно, как после долгого ливня, и в этой слякоти бездыханный лежал необычный лесной пес королевских кровей.
О нем совсем забыли, никто и не заметил, как его засосало в вихрь…
- Глава 24. Засада.
Селлдор тянулся ровной лентой, далеко впереди пылились вихри Поющих Пустынь, а по краям плотной чащей раскинулся древний лес. Быть может, в стародавние времена он был чудесно красив, теперь же вид искореженных серых стволов, колючего сухого кустарника, призрачно-холодной дымки у подножия деревьев навевал тоску.
Фрейн, не обмолвившись и словом, покинул путников сразу после битвы. Ушел внезапно и грандиозно, каскадом искрящихся брызг рассыпавшись по земле.
Путники, еще минуту назад бывшие на волосок от смерти и чудом избежавшие ее, ощутили прилив сил и готовы были снова отправиться в путь, но триумф омрачился гибелью лесного пса. Замечательное животное, успевшее полюбиться всем, лежало бездыханным на мокром песке, его глаза остекленели и потеряли былой блеск, жизнь покинула его, и в этом был какой-то смысл, неправильный смысл, тот, что разум человека отказывается принимать в бесчеловечном мире. Пса похоронили и, отдав скупую дань павшему другу, отправились дальше.