Выбрать главу

Ост и Норд многозначительно переглянулись.

- По-моему, пора продолжить путь, - сказал бывший узник Грейн, который за последнее время не проронил ни слова, только сидел в телеге и кутался в теплые шкуры.

- Да. Двинули! - скомандовал Кеней, которому более всех хотелось поскорей закончить этот разговор. 

 

Уже к вечеру Нитгат и Поющие пустыни остались позади. Впереди лежала покрытая снегом и изъеденная ветрами бескрайняя равнина. Далеко на севере виднелись снежные шапки Ирвских гор. Двигались без ночлега. Становилось все холоднее с каждым часом, ветер крепчал, облака опустились еще ниже, собиралась метель. 

С первыми хлопьями снега матовое облачное небо словно ковырнули волшебным ножом, и облака, расступившись, выпустили на несколько волшебных мгновений серебристую полную луну. Она печально завораживающе улыбнулась путникам чудным блеском призрачных лучей. 

Надежда окрепла.

До Стогга оставалось меньше десяти верст.

 

  1. Часть четвертая. «Стогг».
    1. Глава 26. Великое княжество.

К северу величественная непроходимая гряда Ирвских скалистых гор оседает и степенно переходит в равнину чередой острых скал. Ее продолжает высеченная из гранита огромная стена, несущая спокойствие и защиту жителям стоггского княжества. Толщиной она была такова, что две повозки, запряженные волами, свободно могли разъехаться на ней. Она тянулась по равнине, изгибаясь ровным полукругом, на семьдесят семь верст, и заканчивалась у берегов моря Сир, уходя в ледяные воды на полверсты.

Стена Стогга видела у своих подножий сотни великих битв, не раз сдерживала она натиск северных варваров. Возвел же стену, очертившую границы государства, первый князь династии Манн, и ходили слухи, будто сам бог океана помогал ему в этом. 

Над стеной высились защитные башни, и огромные горные птицы, восседая на них, следили за горизонтом, готовые в любой миг оповестить стражу об опасности. 

Посреди стены располагались главные городские ворота, сделанные из нерушимого адамантового сплава. Они блистали даже в темноте безлунной ночи и были верным ориентиром для южных караванов. Открывались эти ворота лишь в честь приезда знатных гостей и тогда, когда великокняжеская армия уходила в поход или возвращалась из него.

Для караванов и мелких торговцев в главные ворота были врезаны другие, поменьше.

Телега Серого остановилась подле них. Двое дозорных в форме великокняжеского полка стерегли вход. 

- Всем сойти с повозки, приготовиться к досмотру, - выступил вперед один из стражников, судя по шеврону, - старший дозорный.

- Что такое? – изумился Серый. - Раньше вход в государство был свободным.

- Темные времена, другие порядки. Выйдите из телеги и отойдите от нее на два шага, все оружие положите рядом, – приказал дозорный.

Первым повиновался Кеней, однако, снимая с пояса меч, он вдруг вспомнил про одно «но», и это «но»  не преминуло о себе заявить:

- Я - стрелок истиргского гарнизона и со своим оружием расстанусь только вместе с жизнью! - заявил Севереон. 

- Что? – не расслышал стражник.

Севереон повторил уже в более резкой форме.

- Предъявите доказательства! – гаркнул стражник. - На вашей выцветшей форме с трудом можно разглядеть знаки отличия, и не факт, что вы не содрали ее с мертвого стрелка и не прихватили при этом его пистоль.

Севереон заскрипел зубами, он был готов взорваться, казалось, еще мгновение и он пристрелит нахального дозорного. Тем временем на воротной башне уже насторожились арбалетчики, а второй дозорный взял алебарду в обе руки, готовясь к потасовке.    

Медленно тянулись секунды холодного противостояния, пока стрелок и стражник сверлили друг друга взглядом. Наконец, Севереон отвел взгляд, но оружия не сложил, вместо этого он задрал рукав. Выше локтя на плече красовалось клеймо с особой печатью столичного гарнизона. На нем стояло звание и инициалы стрелка. 

- Это снимает сомнения? - грозно спросил Севереон.  

- Может, да, а может, и нет, - продолжал глумиться дозорный. 

- Если я что-то понимаю в званиях, то вы, поручик, уже давно должны стоять по стойке «смирно», - заметил стрелок. Как свидетельствовало клеймо, которое, к слову сказать, невозможно было подделать, он находился в звании майора.