- Думаю, нам стоит, прогуляться, - рассеянно предложил Гелен.
- Да, наверное… А зачем?
- Обновим гардероб, приведем себя в порядок.
Пара заношенных и посеревших рубашек, не знавших стирки уже много лун, просаленные штаны из бычьей кожи, не менее ужасные куртки и изорванные походные плащи составляли тот убогий набор одежды, который Гелен назвал громким словом «гардероб». Облачившись во все вышеперечисленное, ребята покинули свои покои.
- Скажите, а что в Стогге можно купить на эти деньги? - обратился Гелен к регистратору, оставляя ключи и протягивая ему пачку бумажных денег.
Администратор взглянул на деньги, и его брови поползи вверх, причем левая с трудом поспевала за правой. После долгой немой паузы, он наконец нашелся.
- На эти деньги можно купить полкняжества! – воскликнул регистратор. - Откуда у вас такое богатство?
- Они получены честным путем, если вы об этом, - вмешался Кеней, - лучше скажите, где нам можно купить хорошую дорогую одежду и придать своему облику благообразный вид.
- В ярмарочном районе можно найти одежду на любой вкус, а за главной площадью, слева по улице Льда, располагаются бани и парикмахерские, но с такими деньгами вы не сможете заплатить.
- Почему?
- Они слишком большого номинала, у торговцев просто не будет для вас сдачи.
- Что же нам делать?
- Можно разменять в банках, но вас не пустят туда в таком виде, еще есть уличные менялы, но при виде такой суммы они очень быстро наведут на вас воров или грабителей.
- Может, вы сможете нам помочь?
- У меня тоже нет таких денег.
- Давайте сделаем так, - сказал Кеней, - я так понимаю, нам хватит с лихвой и одной купюры, чтобы купить все что нужно?
- Думаю да.
- Тогда разменяйте нам только одну, а остальное мы оставим на хранение, вы ведь имеете деньгохранилище? Там наверняка найдется нужная сумма?
- Боюсь, что нет, мы недавно произвели ряд выплат, и деньгохранилище не так богато, как вы думаете, к тому же сейчас не слишком удачные дни для нашей гостиницы, все, что у меня есть, может покрыть лишь половину номинала одной купюры.
- Тогда, давайте так. Вы даете нам мелкими деньгами все, что у вас есть, а сдачу оставляете в счет будущей оплаты нашей комнаты и прочих заказов.
- Я все равно останусь вам должен.
- Все, что вы останетесь нам должны, оставьте себе. Ну что по рукам?
- По рукам, - администратор в некотором недоумении отправился в комнатку, что была за его конторкой, и вернулся с большим количеством монет и бумаг, которые ссыпал в кучу на столе.
Ребята рассовали деньги по карманам и направились к конной станции, чтобы взять экипаж. Спустя несколько минут они уже катили по булыжным улицам в сторону ярмарочного района.
Там их встретили не слишком радушно. Их потрепанный, грязный вид и заросшие щетиной лица не внушали уважения, впрочем, крупные суммы денег делали это за них. Вскоре они приобрели три полных набора одежды. Один для предстоящего выхода в свет, другой для повседневного использования и еще один впрок для грядущего путешествия. Затем они отправились в бани и парикмахерские, где провели добрые полдня, смывая прилипший пот и пыль. Переодевшись там же, они отпустили экипаж и решили прогуляться до гостиницы пешком. Так сложилось, что все их маршруты не пересекались с основными достопримечательностями Стогга, а в этом древнем государстве было на что посмотреть. Поэтому они решили, что на следующий день обязательно отправятся на экскурсию по всему Стоггу. А пока что парни шли по главной улице, где странным образом переплетались оживленные и суетливые потоки людей и тихие озера скверов и фонтанов, которые от крепкого мороза застыли в своем изящном великолепии. Глазами оба искали приличную таверну или закусочную, но таких попадалось мало, в основном главная улица пестрела ресторанами для элиты, а светиться в таких местах ребята не хотели, да и не умели.
В итоге их поиски увенчались успехом. Они вошли в уютно обставленную темным лакированным дубом таверну, где на стенах висели стеклянные цветы, картины маринистов и газовые лампы, закрытые мутно-белыми плафонами. Широкое помещение тонуло в приятном полумраке, а из стоящего в углу механического музыканта лилась приятная тихая музыка. Такими механизмами соронийские таверны не могли похвастаться, - впрочем, в родной стране не очень-то и жаловали разную механику.