День близился к концу. Карета подъехала к садам вечного лета.
Посмотрев в окно, Кеней подумал: «Если бы сейчас светило солнце, какой, должно быть, великолепный закат сиял бы над морем».
Потом он вместе с гидом и Геленом вышел на улицу. Воздух был свеж, к вечеру мороз стал крепчать. Тучи нависали над землей и белели с каждым кругом, скоро должен был пойти снег.
Пред ними стояло диковинное строение. Ребята, уже насмотревшиеся чудес, не переставали удивляться новым.
Широкий купол из чистого белого стекла накрывал обширную территорию. Сквозь такое стекло ничего не было видно отчетливо, лишь размазанные смутные силуэты. Но необычность такого строения была не в том, что его выстроили из редкого и дорогого белого стекла, а в том, что все строение светилось изнутри ярким молниевым светом. Преломляясь в неровностях стекла, лучи наполняли окружающие улицы неописуемо красивым загадочным мерцанием.
Заплатив, экскурсанты вошли внутрь.
Увиденное поражало, брало за душу, грело сердце. Под куполом раскинулись во всем своем разнообразии и пестроте настоящие тропические сады. В благоухании сочных трав и влажном теплом воздухе носились мириады мелких насекомых, все они спешили по своим маленьким, но важным делам. Ближе к склонам купола, среди узких дорожек и труб для поливки, возвышались густые, могучие кустарники с темно-зеленой окраской широких округлых листьев. Они были усыпаны диковинными красноватыми плодами продолговатой формы, напоминающими грушу. Эти плоды источали притягательный терпкий аромат.
Далее, ближе к центру купола, росли мелкие деревца с ветвистыми кронами. В их зеленых шапках носились с восторженным щебетом яркие разноцветные птицы. Эти деревья тоже имели плоды, они плотно прилегали к ветвям и по форме напоминали яблоко, только были несколько крупнее и имели ярко-желтый, скорее даже оранжевый цвет. Их спелый запах разносился по парнику, смешиваясь с другими сладкими ароматами.
Ближе к центру, где потолок парника был наиболее высоким, произрастали деревья с длинным ровным стволом, который не имел ответвлений до самой кроны листьев. Листья же, огромные по сравнению с листьями обычных деревьев, были больше похожи на ветви, венчающие длинный ствол. Эти деревья от корней до верхушки юыли оплетены толстыми темно-зелеными растениями, больше похожими на каучуковые шланги или канаты, местами на этих «шлангах» виднелись пышные красные или желтые цветы.
И наконец, в самом центре вальяжно расположилось массивное грандиозное дерево. Его ствол кремового цвета был толщиной в десять обхватов, и толстые корни уходили глубоко в землю. Крона тропического гиганта широко раскинулась над более мелкими растениями. Широкие продолговатые листья плотно усыпали кривые ветви, среди них на длинных стеблях, напоминающих веревки, свисали плоды округлой формы.
Все произрастающее в этом саду обильно плодоносило по несколько раз в год. Яркий молниевый свет вкупе с особым фиолетовым сиянием заменял солнечный и, как было видно, довольно эффективно. Здесь был особенный мир, теплый и нежный. Парной воздух наполнял легкие приторно-терпкими ароматами и густой тяжестью, которую не хотелось выпускать из груди.
В этом царстве света ребята пробыли весь остаток дня, они не наблюдали живой природы уже много лун, но еще не забыли, как это приятно: видеть, чувствовать, слышать жизнь. Им дали попробовать некоторые плоды, которые считались созревшими, особенно им пришелся по вкусу сочный оранжевый плод с ярким ароматом, он был словно кусочек солнца. Неудивительно, что Гелену и Кенею он показался самым вкусным на свете фруктом.
Они долго бродили по дорожкам, задавая вопросы гиду, - теперь их разговорчивость вновь проснулась.
Особенно хорошо было Гелену: он слово купался в туманах жизни, которые здесь были особенно густы, и радовался тому дару, который позволял ему их видеть. Он, будто выжатая губка, снова наполнялся водой, запасался живительной влагой надолго впрок…
К тому времени, когда друзья покинули тропические сады, был уже вечер. Мелкими редкими хлопьями с неба сыпался снег. Уже чувствовалась усталость, которая давила на веки, и под мерное раскачивание кареты, на уютных мягких сидениях ребята вскоре заснули.
Им оставалось посетить последнюю достопримечательность Стогга – ледяные рощи. Конечно, несправедливо было бы говорить о том, что чудеса Стогга на этом заканчивались, - было еще много маленьких чудес, но на них не хватило бы и целой жизни.