***
Гендор Шторм проснулся в холодном поту, тяжело поднялся с койки и налил себе в большую кружку вина до краев. Осушив ее в несколько больших глотков, он присел на лавочку и огляделся. Старый шкаф с подгнившими ножками, стол с потрескавшимся покрытием, деревянная койка и заплесневелый ковер под ногами, попорченный молью. Все это вгоняло в уныние. Что ни говори, а дела теперь шли неважно, с тех самых пор, как его обманули с каперским свидетельством и отняли все нажитое за долгие годы, удача отвернулась от него. Конечно, с ним по-прежнему была его команда, худо-бедно устроившаяся на маленьком, обдуваемом всеми ветрами острове вдали от основных морских путей. Да, отличный боевой корабль все еще был при нем, но мир сдвинулся с места, и все встало вверх дном. Богатые караваны не ходят больше из южных морей. Только иногда проходят корабли, груженные зерном или рудой, но все они идут в Стогг под усиленной охраной бронированных линкоров. С такими Гендору не тягаться, будь он хоть сотню раз отчаянным и дерзким.
В его каюту на легендарном линейном корабле, прозванном в северных землях «Золотым дьяволом», все чаще заходили члены команды и спрашивали, что будет дальше. А он не знал. Молодые хотели отправиться в далекие южные моря, попытать там счастье, а те, кто постарше, просто ждали решения мудрого капитана. Но решений не было. Былые времена, когда трюмы корабля ломились от награбленного золота, прошли. Казалось бы, самое время на покой, да только все награбленные сокровища отобрали; слава богу, хоть корабль удалось спасти, да только что с ним делать?
Припасенного золота хватало только на то, чтобы кое-как существовать на маленьком островке богом забытого архипелага.
К тому же в последнее время Гендору каждую ночь снились ужасные сны. В целом, если подумать, в них ничего ужасного не было. Во снах являлся пожилой человек с длинными волосами и холодным взглядом. Он стоял на вершине остропикой скалы, его плащ развивался на ветру, а за ним из темных небес сыпались молнии. Человек пытался что-то сказать Гендору, но он не слушал, он всеми силами сопротивлялся, ибо верил, что ему является Диавол. Как человек, верный Слову божьему (с некоторыми оговорками в силу профессии), Шторм верил в существование Диавола, знал, что в его услужении много подземных демонов, знал о его могуществе.
По всем правилам после таких снов Гендору следовало часами молиться у образов, но он этого никогда не делал; не носил он и распятия, - просто верил, что есть на свете бог, который в каждом человеке, который ведает многими тайнами. А Слово божие было лишь книгой с мудрыми и меткими афоризмами, как он их в шутку называл.
Он много убивал на своем веку, и теперь терпел эти видения. Как наказание.
В дверь постучались. Гендор вздрогнул, отходя от тягостных раздумий. Вино успокоило растрепавшуюся душу.
- Заходи, Кит, - сказал капитан.
Он безошибочно определял, кто стучится к нему в дверь. Научившись этому с детства, он ни разу не ошибся, и это часто спасало ему жизнь. «Всегда знай, кто стучится в твою дверь» - не редко вспоминал он слова отца.
В каюту протиснулся плотный розовощекий кок в засаленном фартуке, он держал в руках корзину с едой и кувшин. Кит всегда приносил капитану еду. Однако, в этот раз в его беззаботных глазах Гендор разглядел волнение.
- Что-то случилось, Кит? – Шторм вопросительно вскинул брови, протягивая руку за хлебом.
- Случилось, капитан, - сказал повар, - несколько минут назад на острове появился человек, мы не знаем, кто он, откуда и как попал на остров, все это выглядит странно.
Гендор заинтересовался.
- Вот как? На чем он приплыл?
- Ни на чем, точнее, мы ничего не нашли.
- Не может быть, на нашем острове нет таких мест, где можно было бы спрятать лодку и о которых я бы не знал. Часовые внимательно смотрели?
- Они клянутся, что не спали всю ночь. К тому же тумана утром не было, и выглядят они трезвыми. Теперь, когда за нами охотится Стоггский военный флот, на часах стоят лучшие. Они бы не проглядели, - уверил кок.
- Хорошо, чего он хочет, этот пришелец? – спросил капитан, пережевывая бекон.