Однако хуже была не встреча с гоблами, а намечающаяся стычка между группкой дикарей и пожирателями, а это одни из самых опасных тварей в этой части леса. Размером с гоблов, пожиратели напоминали лысый скелет гиены, обтянутый складчатой морщинистой кожей. Самое нехорошее – любой пожиратель мог ненадолго при желании сменить форму на более антропоморфную. Превратиться в человекогиену с длинными до колен руками, на пальцах рук и ног острые когти. А ещё эти почти руки могли пользоваться готовыми орудиями. Гоблы, набиравшие в корзины какие-то грибы вдоль опушки, успели собраться в кучу и ощетиниться копьями, но один самый молодой сделал слишком дальний выпад. Копьё вырвали из его руки, пожиратель тут же сменил форму, метнул копьё в спину гоблу с другой стороны кольца – и строй мгновенно распался.
Дальше началась бойня, причём пока одни пожиратели ещё добивали последних гоблов, другие уже рвали плоть и набивали брюхо. Димка смотрел на происходящее круглыми от ужаса глазами, особенно когда очередная тварь отрывала конечность от ещё агонизирующего тела, и кровь брызгала во все стороны. Сидхе ужас тоже изображал, но его наоборот радовало, что удача опять поворачивается к ним лицом. Не только потому, что голодные пожиратели представляли некоторую опасность и для него, а теперь они сытые и очень медленные. Пожиратели будут глотать мясо, пока хоть что-то осталось. Попадись им голодная стая – пока сидхе обороняется, человека не просто убьют, но и успеют съесть до последнего кусочка. В этом случае и рискованный поход короля через туман, и гибель смертного не принесут никакой пользы Благословенной стране.
– И что нам делать? – испуганно прошептал Димка.
– Видишь, они надуваются? Они и в самом деле надуваются, как мешок. Один удар – и лопнет. Пока они толстые и медленные – это наш шанс, но такими пожиратели останутся ещё всего несколько минут. По моей команде выскакиваем, хватаем копья и бьём. Понял?
Димка кивнул, надеясь, что при этом у него не застучали от страха зубы. Но когда рыжий закричал и кинулся вперёд, парень, не раздумывая, побежал за ним. Всё оказалось действительно не так уж и сложно. Парочку самых худых и шустрых прикончил сидхе. От остальных получалось уворачиваться, а длинное копьё позволяло бить с безопасного расстояния. Пусть не каждый удар пробивал шкуру, всё равно после нескольких дырок пожиратели лопались и падали бездыханными…
Шум, напоминающий стрекот множества маленьких крыльев, Его Величество услышал, заколов третью тварь. И сразу же спрятался на дальней стороне опушки, прижался к дереву, слился с ним, как умеют одни сидхе. Паренька было искренне жаль, он показал себя решительным, храбрым. Они вместе по-настоящему сражались бок о бок, из этого паренька мог выйти прекрасный страж. И не рядовой, он мог дослужиться не меньше чем до старшего заставы... не судьба. Рой диких пикси был одной из немногих действительно смертельно опасных вещей даже для самого лучшего воина и мага сидхе, а жизнь короля намного важнее, чем жизнь любого из солдат. Только король может ходить в мир смертных, а от этого зависят жизни всех его подданных и всей его страны.
Димка ничего не видел, с увлечением охотясь на единственную уцелевшую тварь. Заколов последнего из пожирателей, он гордо осмотрелся вокруг и, не выпуская копья, радостно заорал:
– Мы победили! Как мы их, а, Питер?
Тут он заметил, как с дальнего конца просеки летит целое облако маленьких крылатых созданий размером с мизинец. Когда они подлетели поближе, Димка увидел, что это самые настоящие феечки как в кино, красивые девчушки со стрекозиными крылышками за спиной. Парень замер, восхищённо разинув рот, и уже хотел спросить, что это. Но тут до него добралась первая из пикси и больно цапнула за палец. На месте содранного куска кожи набухла капелька крови.
– Ай, больно же…
Возможно, дальше он кричал, ещё пытался бежать, затем упал и задёргался – сидхе ничего не слышал, басистый рёв множества крыльев заглушил всё. Зато он слишком хорошо увидел взгляд парня, искавшего, куда делся сидхе. И последнюю мысль, успевшую отразиться в глазах: «Назвался другом, а сам бросил. Лжец и предатель, который специально заманил его сюда на смерть». Каждой крошке было достаточно всего двух-трёх укусов, нескольких кусочков плоти или капель крови, дальше она отлетала в сторону и вырастала до размера крупной собаки. И сразу становилось заметно, что рот у неё полон острых как иглы зубов. Но сытую пикси тут же сменяла другая, так что смертного облепил живой грызущий ковёр. Он укрывал смертного, пока все пикси не насытились. Затем, по-прежнему роем – который отныне ревел крыльями как рёв драконы, защемившего хвост – и не полетели в обратную сторону.