Сказать, что мы ошарашены — не сказать ничего. Подобная картина в убогих декорациях мёртвого города кажется неправдоподобной до сюрреализма. Я машинально моргаю, до сих пор сомневаясь, что глаза меня не обманывают.
А секунду спустя из Кадиллака выходит высокая женщина средних лет в идеально отглаженном строгом платье. Белокурые волосы собраны в аккуратную причёску на манер ракушки, полные губы накрашены алой помадой, а на холёных руках красуются дамские белые перчатки.
По сравнению с незнакомкой мы все выглядим так, словно только что выбрались из помойки.
— Рада приветствовать, — невозмутимо произносит она, не обращая никакого внимания на наш откровенно недоброжелательный настрой. — Меня зовут Лариса Уимс, и с недавних пор я исполняю обязанности мэра этого города. Добро пожаловать в Кингстон.
Никто из нас не понимает, что ответить на эту торжественную великосветскую речь.
Словно мы находимся на гребаном пафосном рауте, а не стоим посреди руин мёртвого города.
Обязанности мэра. Что за несусветный бред она несёт? Вполне возможно, дамочка крепко повредилась умом.
— Похоже, вы попали в затруднительную ситуацию… — Лариса обводит нас долгим цепким взглядом, подмечая и покорёженные автомобили, и негромко хныкающего младенца, и зарёванное опухшее лицо его молодой матери. — Но вам повезло. В Кингстоне тот, кто ищет помощи, всегда её получает.
— У вас тут чёртов Хогвартс, что ли? — прохладно роняет хренов герой. Похоже, горький опыт встречи с Крэкстоуном быстро научил его настороженно относиться к посторонним. Похвально.
— Не стоит показывать гонор в ответ на бескорыстное предложение, — невозмутимо отзывается статная дама, стягивая с рук тонкие кружевные перчатки. — Дом мэра в пятнадцати минутах езды отсюда. Мы живём там вдвоём с падчерицей, и припасов более чем достаточно.
— С чего вдруг такое рвение помогать незнакомым людям? — я с вызовом вскидываю голову и выступаю вперёд, проигнорировав предостерегающий жест Торпа.
— Когда в людских сердцах погаснет огонь человечности, мир окончательно погрузится во мрак, — философски изрекает Уимс, изогнув багряные губы в светской, ничего не выражающей улыбке. — Если вы едете со мной, то советую поторопиться. Скоро стемнеет, и на улицах станет совсем небезопасно.
— Нам нужно посовещаться, — твёрдо заявляет Ксавье. По всей видимости, недавний риск потери авторитета пробудил в нём склонность к демократии. — Дайте нам пару минут.
— Разумеется, — улыбка женщины становится чуть шире. Коротко кивнув в знак согласия, она забирается обратно на водительское сиденье и негромко захлопывает дверь.
— Идите все сюда, — подзывает хренов герой.
Мы подходим ближе к нему, по привычке формируя круг — совсем как во время посиделок у костра. Вот только одно место пустует. Кудрявый миротворец делает шаг в сторону болезненно бледной Энид, заполняя пространство, где должен был стоять Аякс.
— Что думаете? — спрашивает Торп, понизив голос до шепота, как будто сидящая в машине Лариса может услышать наш разговор.
— Я считаю, что надо поехать с ней, — тут же заявляет Галпин, опасливо покосившись на блондинку. Судя по отсутствующему потухшему взгляду, она впала в полубессознательное состояние и явно слабо осознаёт происходящее. — Блонди совсем никакая, ей необходимо отдохнуть и прийти в себя.
— Я согласна, — кивает Бьянка, бережно укутывая спящего новорожденного в цветастые тряпки. — Нам всем нужно восстановить силы.
— А если это ловушка? — с сомнением переспрашивает хренов герой, бросив подозрительный взгляд на красный Кадиллак.
— Непохоже на ловушку. Что с нас взять? — кудрявый миротворец придерживает Синклер за локоть. — У нас из ценного только оружие.
— Да, и килограмм триста свежего мяса, — я невольно вспоминаю рассказ Крэкстоуна об уголовниках-каннибалах. И хотя статная дама в изысканном костюме совсем не похожа на того, кто не брезгует человеческой плотью, внешний облик подчас бывает опасно обманчивым.
— Я хочу домой… — вдруг бормочет Энид абсолютно глухим голосом, уставившись расфокусированным взглядом в пространство перед собой. Кажется, она не вполне понимает, что никакого дома у неё давно нет. Остаётся надеяться, что шок от потери мужа не отразился на её психике слишком сильно.
— Чёрт с вами. Делайте, что хотите, — я небрежно отмахиваюсь от компаньонов, не желая спорить. Во многом потому, что при виде абсолютно потерянной блондинки внутри что-то неприятно сжимается вопреки всем законам нормальной анатомии. Может, ей и вправду пойдёт на пользу отдых от долгого пути.
— Ну что ж, большинством голосов… — Торп разводит руками, как бы намекая, что он предупреждал. — Поехали.
Мы рассаживаемся по машинам.
Я устраиваюсь за рулём внедорожника, запустив пса на заднее сиденье, остальные направляются к Кадиллаку якобы мэра.
Проходя мимо джипа, хренов герой бросает на меня долгий пристальный взгляд — словно хочет поехать вместе, но неискоренимое стремление оберегать скудоумных фермеров перевешивает все прочие желания.
Огромный красный автомобиль аккуратно выезжает с парковки задним ходом и прибавляет скорость — но только до установленной никому не нужными правилами дорожного движения. Машинально возвожу глаза к потолку, искренне недоумевая, на кой чёрт сдалась подобная педантичность в плачевных окружающих реалиях. Необходимость вяло тащиться в арьергарде раздражает меня до зубного скрежета — нестерпимо хочется нажать на клаксон, чтобы поторопить Ларису, но я сдерживаюсь.
Если дамочка нам не солгала, её содействие будет весьма кстати. Лучше не портить отношения. По крайней мере, пока что.
Дом мэра я угадываю сразу же, как только мы въезжаем на нужную улицу — гигантский трёхэтажный особняк выделяется среди остальных коттеджей. Хотя бы потому, что это единственное здание, которое не выглядит запущенным и покинутым.
Узкие изящные колонны в викторианском стиле, высокие арочные окна и нечто совсем уж немыслимое — аккуратно подстриженные зелёные кусты.
Словно здесь никогда не случалось эпидемии. Словно этот дом — живой призрак безвозвратно утерянного прошлого.
Единственная деталь, выбивающаяся из идиллической картинки, словно сошедшей со страниц рекламного буклета об элитной недвижимости, — высокий забор со шпилями обнесён колючей проволокой. Когда мы подъезжаем ближе, я немного опускаю боковое стекло, чтобы подтвердить и без того очевидные догадки. Судя по мерному электрическому гудению, забор находится под напряжением.
Высоковольтным разрядом тварей не убить. Но отпугнуть можно. Базовые инстинкты самосохранения ещё не окончательно истлели в их заживо гниющих мозгах.
Створки автоматических ворот разъезжаются в стороны, впуская нашу странную процессию в пафосный филиал земного Эдема.
Я рефлекторно озираюсь по сторонам, внутренне будучи готовой увидеть сообщников Уимс, которые жаждут пустить нас на ужин — но вокруг всё тихо. Не видно ни живых, ни мёртвых, и это немного успокаивает мою бдительность.
Кадиллак останавливается напротив дверей гаража, и мои спутники выбираются наружу.
Доехав до конца подъездной дорожки, вымощенной белым камнем, я перемещаю ногу на педаль тормоза, но мотор пока не глушу.
Риск, что придётся спасаться бегством, по-прежнему велик.
Поэтому автомат я беру с собой.
Лариса неодобрительно косится на оружие за моей спиной, но предпочитает обойтись без комментариев — только приглашающе машет рукой в сторону светлой просторной веранды.