К утру меня сморило, и я отрубился на полчаса. Только что было темно, а открыл глаза, и по комнате разлит серый предрассветный полумрак. Ладно. Пора было идти. Нашёл ли я что-то в дневнике? Мне над этим нужно было подумать.
Единственный, показавшийся мне странным момент, это то, что страницы, отмеченные закладкой, каждый раз были, как бы «говорящие». Я видел отметину от закладки в трёх местах. В середине говорилось о том, что в дымоход забрался какой-то зверь и теперь камин не удаётся толком протопить. Приходится пользоваться печью для обогрева, а это очень неудобно, хоть и позволяет немного согреться. А второй раз, ближе к концу, в заметке описывались запасы настойки с праной для поддержания сил, которая находилась в тайнике за шкафчиком в ванной.
Ночью эти совпадения показались мне значимыми, и я даже решил, что дух Наставника таким образом пытается говорить со мной. Но утром вся мистика развеялась вместе с загадочным серебристым светом луны. Каких только совпадений не бывает.
Я спустился на первый этаж.
Народ уже встал. Лишь Бивень зевал каждую минуту, и кто-то посоветовал ему не порвать рот. За что Бивень отвесил нахалу лёгкий подзатыльник и уселся за стол.
Перекусили мы молча. Бивень глянул на меня вопросительно, но я покачал головой. У меня было ещё несколько часов на подумать, так что спешить я не хотел.
Нищему собраться — только подпоясаться. Потребуется, мы покинем дом так же быстро, как пришли сюда. У нас даже вещей не было.
Невыспавшийся, я выслушал сегодняшний развод по местам работы. Гриша, как основной исполнитель поручений Марфы, отчитался и за себя, и за Куцего.
К Марфе сегодня нужен один человек, там совсем мало дел. Так что нечего толкаться задницами и мозолить глаза. В общем, идёт он сам. А в лавку сначала надо пойти мне, забрать деньги за вчерашнюю работу и выяснить фронт на сегодня.
Остальные пока ждут и готовятся, если потребуется, быстро покидать помещение. Это добавил уже Бивень. Я только покивал соглашаясь.
Угольщик встретил нас на ступенях лавки. Выглядел он каким-то помятым, словно тоже не спал ночь. Впрочем, судя по запаху из помещения, это вполне могло быть правдой. Морозный воздух проникал в лавку с улицы через открытые окна, но даже так, чувствовалось, что оттуда несёт перегаром.
— Явились, — уже привычно мрачно проворчал угольщик поднимаясь. — Держи.
Он протянул и ссыпал мне в ладонь пять монеток.
За вчера нам полагался десятик, так что я ожидал увидеть пять монеток по две копейки. Но в моём распоряжении оказалось лишь пять копеечных.
Я вопросительно посмотрел на угольщика. Он что уже решил нас подвинуть? Отжать пять копеек, чтобы бухать ночами?
— Не смотри на меня так, — произнёс он, морщась от боли.
Похоже, пить он не умел.
— В чём дело? — холодно спросил я.
Проникаться к нему жалостью я не собирался.
— А вот так, — буркнул он. — Артель с сегодняшнего дня задрала цены. Теперь за мешок на две копейки больше. Кузнец приходил с самого утра. Злой, как чёрт! Я-то ему чем не угодил? Потребовал больше антрацита. Заказ у него, видите ли, какой-то важный, — угольщик сплюнул под ноги. — А я где ему возьму? Мне даже новый уголь купить не на что! Столько, сколько ему надо, — тут же поправился он. — Я ему про цену, а он мне, что брать не станет. Я ему — давай задаток, а он…
Угольщик досадливо махнул рукой и снова сплюнул.
— Всё! Баста! Нет больше. Забирай, что есть, и вали, если хочешь. Больше не дам!
Я посмотрел на пять копеек в ладони.
Нет, так дела не делаются.
От автора:
Законченный цикл без гарема и монстров!
Невероятные интриги, развитие бизнеса, конфликты и боевая магия!
https://author.today/reader/482131
Глава 9
Всё рушилось прямо на глазах. Едва успев выстроиться, хрупкая пирамида моего успеха рассыпалась в прах чёрной угольной пылью.
Выселение, утрата источника дохода, даже те деньги, на которые я рассчитывал, обратились в прах, а точнее, сократились наполовину.
Такое часто случалось со мной и раньше. Когда кажется, что весь мир против тебя. Когда всё, что ты делаешь, вдруг рассыпается в руках, становится горсткой пепла.
Но именно в такие моменты мир проверяет тебя на прочность.
«Бог не даёт человеку испытаний больше, чем он может выдержать», — говорили мне раньше.
Жаль, что я не верю в бога.
Хорошо, что я научился верить в себя.
Когда мир против тебя, единственное, что ты можешь контролировать — это свою реакцию, страх, стойкость. Как писал Лао-цзы: «Тот, кто побеждает других — силён. Тот, кто побеждает себя — могуществен».