— Так что? Десять и по рукам? — уточнил я.
Сначала надо довести сделку до конца.
— Леший тебя побери! По рукам!
Я протянул руку, и он пожал её, несмотря на протест Прохора.
— С вами приятно иметь дело, ваше сиятельство, — вежливо произнёс я, позволив себе капельку сарказма.
Вот теперь Прохор был доволен. Похоже, с сарказмом он знаком не был. Или не мог и предположить, что кто-то будет так высказываться о его господине.
— С тобой тоже, малец.
Сиятельство тоже, похоже, проглотил небольшую издёвку. Зато её заметил угольщик и хмыкнул у меня за спиной.
— Заплатите сорок копеек, — припросил я угольщика.
Он достал кошель, отсчитал монетки, протянул их сиятельству. Тот хмыкнул, отделил половину и вернул мне.
— Держи, за хорошую торговлю.
Я не стал отказываться. Если кто-то признал мои заслуги и заплатил за это, кто я такой, что б отказываться. За что-то и с кого-то я деньги бы не взял, но не с этого человека.
Как раз подошла наша очередь, и вместо нас к контролёру прошёл Прохор.
— Идёмте, — снова потащил я за собой угольщика. — Здесь мы закончили. У нас теперь другие проблемы.
— И впрямь проблемы, — хмыкнул угольщик. — На четыре тонны у меня денег нет. В этой куче наших было всего две.
Я кивнул. Я умел считать. Но теперь у нас потенциально был весь местный запас коксующегося угля и оставалось его лишь выкупить, а для этого нужно договориться, как я надеялся, с менеджером. Вот только что-то меня смущало.
Честно говоря, я думал о том, что если здесь хорошо знают угольщика, то у него есть какой-нибудь кредит доверия. Не настоящая кредитная линия, нет, платить проценты мошенникам и дармоедам я не собираюсь. По сути, нам просто нужно забрать этот уголь, отвезти его кузнецу, получить деньги и вернуться с ними сюда. Отдать и закрыть сделку. Дело нескольких часов. То, что кузнец заплатит сразу, я не сомневался.
Судя по его словам, он готов был заплатить уже вчера, если бы у нас было нужное ему количество угля. Так что… договариваемся с менеджером, и дело в шляпе. Это я и предложил угольщику.
— Э-э, нет, — отрезал он. — Так у нас дела не делаются.
Я напрягся. Похоже, я немного взял на себя больше того, что мог. Но угольщик имел в виду немного другое.
— Никто не даст мне уголь под честное слово. Ты не смотри на то, что они тут меня знают или вежливо разговаривают. Я для них чуть больше, чем никто. Вот твоему новому знакомому, такую честь бы оказали, но он граф, ему позволено. А мне… — угольщик грустно почесал затылок, — не вышел я родом для такого.
Вот об этом я не подумал. Ведь это не кредит, который я не стал бы предлагать. Всего лишь сделка на доверии. Я всё понимаю, утром деньги, вечером стулья, но всегда хочется верить в людей. Допустим, мне менеджер не понравился, но ведь угольщик назвал его «своим человеком», это должно что-то значить. Но нет. Оказалось, что ничего. На моё предложение попробовать и переговорить с менеджером, он ответил категоричным отказом. Мол, даже позориться не стоит. Видимо, для него какое-то понятие чести ещё осталось. Что ж, кто я такой, чтобы заставлять его настолько резко идти против своих убеждений.
Но нам нужен этот уголь. И не тридцать мешков, а весь. Лучше даже с запасом.
Идей у угольщика не было, и он приуныл. Точнее, приуныл он, скорее оттого, что я расстроился. Угольщик-то изначально был готов на часть угля. И сейчас минут пять убеждал меня, что кузнец и так пойдёт нам навстречу и согласится подождать.
Ну, как он не понимает, что есть шанс вообще больше не найти этот уголь в городе?
Шахта закрыта на неопределённый срок. Есть ли другие, разрабатывающие тот же слой, мы не знаем. А если и есть, что где их искать?
Я понимал, что вариантов у нас нет. Да, я имел кое-что в запасе, то, что не хотел бы использовать, но если придётся, то я пойду на это. Ведь других идей у меня не было.
— Согласится ваш человек отдать нам уголь под залог?
Угольщик удивлённо на меня уставился.
— У тебя есть что-то ценное, что может покрыть три рубля?
Я не знал, какое покрытие могу обеспечить, но нечто ценное у меня действительно было. Вот только это, словно выти на рынок и крикнуть: смотрите, у меня есть много денег, а я собираюсь отойти за угол.
Я не знал этих людей. Да, они работают, судя по всему, в крупной компании. Добывающая артель — не пустышка, если владеет несколькими выработками. Это деньги, и весьма большие. Собственно, вся эта площадка тому доказательство. Вот только договариваться мы будем не с артелью, угольщик верно заметил, а с конкретными людьми. И вот за их уровень надёжности никто поручиться не сможет. Да что там, даже пройдя через много с угольщиком, я до сих пор не представлял, как он себя поведёт, предложи я ему такое. Не окажется ли он в рядах первых, кто последует за мной за угол проверить мои карманы?