Наглость, как водится, — второе счастье.
Но я был, с одной стороны, настолько подавлен всем произошедшим. А с другой — расслаблен после успехов финансовых, что попросту не хотел вступать в перепалку ни при каком раскладе. А смысл? Что хотел, я получил. Дальше, будем действовать, как и планировали.
Сказать, что у меня не было никакого плана внутри плана, значит не призвать очевидного. Конечно я хотел помочь беспризорникам, но и потенциальных перспективных учеников поискать лишним не будет. Да, я был уверен, что Бивень приведет гораздо больше народу, но даже четыре человека — это больше, чем ноль. И кстати, стоит выяснить у Бивня чего он такой кислый и напряженный.
Я отозвал его в сторону.
Чтобы нас особо не подслушивали вновь прибывшие, мы отошли ближе к лавке, где ошивался Куцый. Сейчас покупателей не было, и он просто топтался без дела.
— Глеб, — начал Бивень не дожидаясь вопроса. — Плохо все.
— Ты о чем? Костолом?
— Да при чём здесь он⁈ — возмутился Бивень, будто я должен был знать, что он имеет ввиду. — Вокруг беспризорников почти не осталось.
— Как понять не осталось?
Я чего-то плохо соображал, еще не отойдя от короткого и не очень внятного разговора с пиджаком.
— Так и понимать. Думаешь эти… — Бивень кивнул на еще не скрывшихся из проулка пиджака, — с чего так легко своих мелких нам сдали? Боятся они.
— Чего? — снова не понял я.
— А того, что кто-то, одну за другой, стаёт банды беспризорников. Он этим не доверяет просто. Вот и выставил за порог. Костолом — отличный повод вышел.
— Ты потому не повёл их к нам, а привёл сюда?
— И поэтому тоже. Не знаю я…
Бивень покосился на, уже начавших дрожать, четверых пацанов. Младшему было лет десять, может, одиннадцать. Примерно ровесник Таськи. Старшему — от силы, года на три больше.
— Так чего он про двенадцать замерзших мне втирал?
— Может и замерзли, а может… я не знаю, Глеб. Что-то плохое вокруг творится. Мы тут как в ракушке закрылись ото всего. Свой мирок строим, а другие беспризорники исчезают. Дело это обычное, конечно, но не так быстро. Мостовики…
Бивень вдруг замолчал, покосился на Куцего.
— Говори. Он к ним давно отношения не имеет.
— Мостовиков больше нет. Понимаешь? Совсем! Я был у них. Знаю, где прятались. Там разгромлено всё. Следы свежие, но пусто. Похоже, как тогда чёрные тревогой прикрывались, сейчас под Костолом все списали. А на самом деле большая облава была. Мостовики — мелочь. Я был у Центровых. Это те, что среди нас самые дерзкие. Ты с ними вряд ли знаком. Мы с Костью их сторонились, они к нам тоже не совались. Но то был вопрос времени. Когда ты сказал всех обойти, я решил и к ним заглянуть. Звать к нам не собирался, но как посланник, просто выяснить после Костолома, кто и как… В общем, тоже повод…
— Не тяни, Бивень. Ты куда-то в сторону уже пошёл.
Я не люблю когда совсем уж расплываются мыслью по древу, если надо сообщить что-то важное и срочное.
— Прости, Глеб, это с перепугу. — Бивень сглотнул. — Понимаешь, страшно мне от такого. Так вот, Центровых тоже того… нет совсем. Никого. А их под сотню было! Большая банда у них.
— Может переехали куда? — спросил слушающий нас Куцый.
— Может, — быстро согласился Бивень. — Вот только там везде следы боя. Разгромлено всё. Так не переезжают.
— Согласен.
Я задумался. Если уж на то пошло, то Костолом и впрямь отличное прикрытие. Слишком частые тревоги могли уже начать вызывать подозрения, а вот мороз, да такой, что никто из дома нос не покажет, уже что-то новенькое.
— Глеб, — вдруг прервал мои мысли Куцый. — Я сказать хочу. Давно надо было, но…
Голос его был тусклый, виноватый. Но я почувствовал, что говорить Куцый будет что-то важное. Взглянул не мерзнущих новеньких, на Бивня. Бивень смотрел на Куцего, слушал внимательно.
— При Бивне скажешь или с глазу на глаз?
— Теперь-то что? Могу и при Бивне. Уже свои мы все. Мне скрывать не с руки.
— Тогда дай мне две минуты. Придержи мысль.
Я подошёл к ребятам. Стоило бы познакомиться, но я понимал, что лучше провернуть все побыстрее. Я и так заставляю Куцего ждать. Как бы не передумал.
— Идёмте внутрь. Сейчас вас отогреем. Познакомлю вас с вашим куратором. Он будет присматривать за вами. Если что, обращайтесь к нему. Идёт?
Все закивали.
Я быстро нашёл в зале Гришу, который времени даром не терял, а практиковал «первый вдох». Я показывал его ему раньше, но тогда у него не было Средоточия. Делал он его немного неправильно. При таком выполнении, прана вряд ли попадет и станет конденсироваться в Средоточии, но пока я ничего подсказывать не стал. Времени было в обрез. Я это чувствовал.