— Давай сюда, — так же тихо произнесла Марфа, забирая у меня шапку и куртку.
— Проходи, Глеб. Вот сюда.
Варвара Сергеевна сама уже уселась за большой круглый стол, стоящий по центру. Я стоял напротив.
— А что это у тебя? — вдруг спросила она.
— О чем вы?
Я решил, что всё же вымазал одежду во время ночной беготни и не заметил этого.
— Вот там!
Варвара Сергеевна вышла из-за стола и теперь стояла метрах с пяти от меня. Прямая, строгая, указывающая пальцем куда-то в район моего пояса.
— В кармане!
Черт! Там куда смотрел ее палец, в левом кармане штанов, лежал праносток.
А куда я должен был его деть? Не выкладывать же в лавке? У меня даже шкатулки больше не было.
И вот сейчас я ощутил совсем слабую вибрацию исходящую от камня. Похоже, шкатулка его хоть как-то экранизировала. Сейчас, когда кристалл был завернут только в бархат, который я содрал со дна шкатулки, он слегка «фонил».
И это, похоже, чувствовала Варвара Сергеевна, которая была стезевиком, и наверняка выше меня ступенью.
Я сунул руку в карман. Нащупал кристалл.
— Доставай, — вроде и без угрозу в голосе, но очень серьезно сказала Варвара Сергеевна. — Доставай праносток.
Глава 14
Полагаю, что чем сильнее стезевик, тем слабее вибрации он может ощущать. Сейчас я почувствовал кристалл только когда Варвара Сергеевна на него указала. Не «прислушайся» я, и не уловил бы ничего.
Но теперь отрицать очевидное было бы глупо.
Под удивлённым взглядом Марфы, которая, кажется, вообще не понимала, что происходит, я полез в карман штанов.
Так и хотелось гордо процитировать классика про «достаю из широких штанин дубликатом бесценного груза…» Жаль, не поймут и не оценят.
Развернув кусочек бархата, я извлёк на свет праносток.
Покачал его на ладони, показал Варваре Сергеевне.
Она внимательно, очень-очень внимательно, на него посмотрела, но не взяла.
И вдруг во взгляде её что-то промелькнуло…
Я напрягся.
Интересно, способна ли она «опознать» праносток? Я совершенно не представлял «отношения» кристаллов и их владельцев. Этот праносток принадлежал Косте — внуку Варвары Сергеевны. А к нему он откуда попал? Может ли кристалл быть уникальным? Может ли вообще быть её?
В голове роилось много вопросов, и каждый из них имел варианты ответов. И в зависимости от ответа я либо попал очень сильно, либо просто попал.
— Похож, — пробормотала себе под нос Варвара Сергеевна. — Откуда он у тебя?
Первое, что я понял, что попал я не сильно. Если на меня не накинулись сразу с криком вор, душегуб или ещё что-то похлеще, значит, право обладать кристаллом у меня было. Возможно, даже тем, который принадлежал внуку.
А значит, совсем уж изворачиваться и что-то придумывать не имело смысла. Сказать часть правды — хороший вариант.
Я лишь услышал, как в ожидании непонятно чего, громко сглотнула Марфа.
Не знаю, что вызвало такой эффект. Может, дорогая цацка в моей ладони, а может, Марфа знала больше, чем говорила.
— Кость. я подарил мне его, — ответил я.
Имя смазалось само-собой. Но Варвара Сергеевна, похоже, этого даже не заметила. Теперь в её глазах стояла не то тоска, не то воспоминание, а может, всё вместе.
— Наверное, ты сделал для него что-то очень хорошее, раз он отдал его, — произнесла Варвара Сергеевна.
Значит это возможно. Значит, я действительно мог получит кристалл честным путем. Вспомнился взгляд Кости, когда он увидел шкатулку во время нашего поединка. Ох, сомневаюсь я, что он добровольно отдал её.
— Вместе с кристаллом была шкатулка, — вдруг выпала из задумчивости Варвара Сергеевна. — Она тоже у тебя?
— Нет, простите…
Я хотел сказать, что она сломалась, но Варвара Сергеевна меня не дослушала.
— Кончено, — тихо пробормотала она. — Костик не мог отдать её…
Она снова впала в задумчивость, медленно прошла несколько шагов, будто в прострации, вернулась за стол. Присела на краешек стула.
— Марфа, принеси мне настойки.
Марфа тут же метнулась на кухню и вернулась уже с серебряным подносчиком в руках, на котором стояла крохотная, миллилитров на двадцать, серебряная рюмочка полная по края тёмно-коричневой жидкостью. По гостиной разнесся сильный запах трав. С ходу я смог определить анис и корицу.
Варвара Сергеевна без слов взяла рюмочку и одним глотков выпила содержимое. Лицо её тут же порозовело, лишившись своего землистого оттенка.