— Присаживайся, Глеб. Марфа принесет чаю.
Марфа снова выскользнула из комнаты, быстро взглянув на меня. Но я так и не понял, что она хотела выразить своим взглядом.
— Ты давно видел Костика? — спросила Варвара Сергеевна.
Я собирался ответить честно, что несколько дней назад, но она снова не дала мне сказать.
— Хотя… признаться честно, внучок давно не осчастливливал меня своим визитом. Знает ведь, что я скучаю, но раз не заходит… дела, значит. Молодёжь сейчас деловая очень. Не интересно им сидеть со старухами чай пить. Вот только ты заходишь… да и то, по делам, поди? Марфа сказала, что ты в стесненном состоянии, приходится работать…
Она словно говорила сама с собой. Я лишь кивал и не встревал.
— С другой стороны, похвально это, когда молодой человек стремиться познать в жизни и такую сторону. Работать руками многие считают зазорно… но муж мой всегда говорил, что лучше молодым узнать каково это, и потом управлять будет честнее.
Странное она говорила. Судя по тому, что я знал, Варвара Сергеевна Витте имела вес в общественной жизни города. Когда-то. Но такие рассуждения… в общем, меня они слегка смущали.
— Скучаю я по нем, — вдруг невпопад произнесла Варвара Сергеевна.
— По Костику? — спросил я, скорее, чтобы хоть как-то поучаствовать в разговоре.
Она уставилась на меня, словно видела в первый раз. Потом взгляд чуть прояснился, она едва заметно улыбнулась.
— Нет, по мужу. Красавец он у меня был. И стезевик сильный.
Варвара Сергеевна посмотрела куда-то в сторону. Я проследил за её взглядом.
На стене висела гравюра.
Совсем молодая девушка и тот самый мужчина в военной форме. Сначала я решил, что вижу дочь Варвары Сергеевны, ту, что на моей гравюре, но потом понял, что эта молодая дама — сама хозяйка дома. Походе, муж был сильно старшее её. Я присмотрелся. И впрямь выдающиеся черты: высокий лоб, мощный подбородок. Прическа, соответствующая времени, борода. Лицо запоминающееся. Глаза… глаза очень живые, словно и не гравюра передо мной, а настоящая фотография. Взгляд сильный, сразу видно — воли этому человеку было не занимать.
— Что с ним случилось?
— Погиб, — коротка ответила Варвара Сергеевна.
— На войне? — уточнил я, рассматривая военный мундир.
— Нет! Что ты! Уже в мирное время. В экспедиции.
Я помолчал, ожидая дальнейших разъяснений, но их не последовало.
Вернулась Марфа снова с подносом, но на этот раз с большим. На нем стоял пузатый фарфоровый чайник, из носика его шел парок. Две чайный пары из тонкого фарфора. У нас такой делают в Китае, но здесь он по форме напоминал скорее английский, колониальных времен. Я такие видел только в кино про Шерлока Холмса да британских сериалах про аристократов.
Ажурные чашечки имели широкую ножку и прочно стояли на плоских блюдцах тоже с волнистым краем. Сахарница тоже имелась. А вот молочника не было. Зато лежали серебряные ложечки. Расписан сервиз был ярко. Какие-то тропические птицы, пальмовые листья. И… что-то очень похожее на перья страуса. Это так странно выглядело на фоне серости за окном и стужи, способной проморозить человека за секунды, что я на долю секунды усомнился, что вижу сервиз в реальности. Под столом я ущипнул себя на бедро. Ощущение боли подтвердило реальность происходящего. А заодно, что я пожаловал на чаепитие к безумной старухе.
Марфа поставила чай на стол, чашечки поднесла каждому, вопросительно взглянула на Варвару Сергеевну. Та кивнула, и Марфа наполнила их горячим ароматным чаем. Я почувствовал, как рот наполнился слюной. Я был голоден. Не потому, что есть было нечего. Я попросту не подумал о том, идя к Марфе. Как-то мне не до еды было. И вот сейчас понял, что готов съесть слона.
Варвара Сергеевна заметила мой взгляд.
— Марфа, принеси гостю десерт.
— Сию минуту, ваша сиятельство, — ответила Марфа и снова выскользнула на кухню.
— Вы ведь в этом году школу заканчиваете? — спросила Варвара Сергеевна.
Вот не люблю я идти на разговор неподготовленным. Но теперь-то что? Кто вы? Какую школу?
Я кивнул, глотая чай, стараясь выиграть время и что-то придумать. Варвара Сергеевна продолжила:
— Дальше в училище, стало быть. Это хороший выбор для молодого человека. Идти по Стезе — достойное занятие.
Я прекрасно понимал, что она видит, что я имею уровень Зерно и даже не комментирует это, как само собой разумеющееся.
— Простите, Варвара Сергеевна, но это ещё не решено.
Она удивленно приподняла бровь, уставилась на меня.
— Отчего же?
— Марфа верно сказала, я весьма стеснен в средствах.