— Тогда пошли вернемся! — решил Пион, и Петр со Снежкой дружно закивали, поддерживая его. Немного обиженный тем, что его умению запоминать направление перестали доверять, Рассвет зашагал к краю зарослей, и вскоре перед ними снова появился пугающий безграничный простор. Друзья уселись на землю, прислонившись спинами к одному из гигантских стеблей, и некоторое время сидели молча, отдыхая и вспоминая недавний неповторимый вкус свежих и спелых ягод. Голод они, правда, все равно не утолили — всем четверым хотелось чего-то более существенного, но теперь у них была надежда, что они сумеют найти и какие-нибудь другие съедобные растения.
Хотя уже было ясно, что в ближайшее время им ничего найти не удастся: вокруг стало совсем темно. Только искорки наверху сделались особенно яркими — впрочем, толку от их блеска все равно не было, они ничего не освещали, и компания просто любовалась ими, осторожно поднимая глаза, а потом поспешно, не дожидаясь головокружения, снова переводя взгляд на землю. А фонарики, хоть и неплохо освещали пространство вокруг путешественников, но разглядывать при их помощи то, что растет на земле, было совсем не удобно.
— А прохладно становится, заметили? — спросил Петр.
— Ага, — подтвердил Расс. — Наверное, нам лучше вернуться? В комнате и теплее, и покрывала есть…
— Да к тому же, мы не знаем, сколько времени тут длится темнота, — внезапно сообразила Снежка. — Вдруг здесь прямо сейчас тот яркий огонь вспыхнет?
Это сразу встревожило всю четверку, и, подняв повыше фонарики, друзья тронулись в обратный путь, ориентируясь на едва различимые на черном фоне контуры "кубика", из которого они вышли. Идти в темноте было менее страшно, но они все-таки продолжали цепляться друг за друга и почти все время смотрели только вниз. Чутье Расса не подвело — через час компания была возле двери, а еще через минуту разлеглась на покрывалах. Бессонницей никто больше не мучился: все заснули практически сразу.
Просыпаться было приятно — воспоминания о вчерашнем походе к большим зарослям и о красивых блестках в черной пустоте наверху, о вкусе ягод и о множестве странных запахов, обо всем новом, что молодые люди впервые увидели накануне, возвращались постепенно, одно за другим, и наполняли их радостью. Правда, стоило путешественникам окончательно прийти в себя, как на смену этим воспоминаниям пришло еще больше усилившееся чувство голода, заглушившее собой все остальные ощущения. Друзья бросились к своим сумкам, вытряхнули из них все содержимое в надежде, что там завалялось хоть что-то съедобное, но сумели найти лишь несколько сухариков и горсть крошек. Разделив эту мизерную "добычу" поровну и запив ее остатками воды, они с несчастным видом уставились друг на друга.
— У нас два варианта — либо идти домой, либо искать еду и воду там, — Рассвет мотнул головой в сторону двери. — До дома мы дойдем в лучшем случае завтра…
Петр, Пион и Снежка протестующе застонали. Возвращаться домой, оставляя открытый ими мир, не хотелось никому. И не только из-за того, что у них не получилось бы добыть еду на обратном пути — все прекрасно понимали, что вырваться наверх еще раз им уже почти наверняка не удастся.
— Значит, идем туда! — ничуть не удивившись их решению, Рассвет аккуратно приоткрыл дверь.
За порогом было очень светло, но свет оказался белым и словно бы слегка приглушенным — он довольно сильно резал глаза, но не обжигал и не слепил их. Прищурившись, Расс попробовал посмотреть наверх и уже неизвестно в который раз ахнул от удивления: теперь над ним было что-то вроде потолка, но не плоского, а как будто состоящего из клубов светло-серой пыли. Однако рассмотреть эту "пыль" как следует не было никакой возможности — перед глазами начинали плясать уже знакомые Рассвету разноцветные кляксы — и он решил отложить изучение новой странности на потом. Остальные тоже, хоть и удивились этому неожиданному явлению, но отнеслись к нему гораздо спокойнее, чем к другим чудесам бескрайнего мира. Невероятные вещи уже начали становиться для них привычными.
Несмотря на это, отойти далеко от двери при ярком свете никому из путешественников не удалось: они несколько раз пробовали заставить себя сделать это, но, оказавшись на открытом месте, невольно приседали, вцеплялись руками в растущие на земле листья и возвращались назад только ползком. Пион сдался и вернулся в закрытое помещение уже после второй попытки, Петр пробовал ходить четыре раза, Снежка и Рассвет продержались дольше всех, сделав целых семь вылазок, но все они тоже окончились неудачей. Чуть не плача от досады, а также от голода и жажды, они вернулись к двери и в отчаянии принялись срывать и есть растущую перед крыльцом зелень. Она была сочной, и немного утолила жажду, но в то же время еще сильнее раздразнила аппетит.