Главное, что здесь нужно понять: чем больше ты отдаешь, тем больше сможешь получить; чем меньше ты отдаешь, тем меньше получишь. Вдохнуть можно только с той же силой, с какой ты выдохнул. Чем глубже выдох, тем глубже вдох. Отдающий еще и получает. Вот почему в Упанишадах сказано, что отречение — это потворство своим желаниям: «Тен тактен бхунджитха». Те, кто цепляются, упускают. Они одни напоминают тех, кто отрекся. Если ты боишься выпустить воздух, который вдохнул, опасаясь, что он может не вернуться обратно, — ты мертв. Ты боишься, поскольку не уверен — сможешь ли вдохнуть опять после того, как выдохнешь? Где гарантии? И как ты можешь контролировать тот воздух, который выдохнул? Если же ты задержишь дыхание из опасений, что, выдохнув, не сможешь вдохнуть, тогда ты умрешь прямо на месте.
Именно так мы и ведем себя в жизни. Мы привязываемся, но не отпускаем и потому становимся безжизненными. Это к лучшему, что наша скаредность еще не коснулась дыхания, иначе мы бы уже поумирали. Но в жизни мы безжизненны, так как считаем, что привязанность, це-пляние — это все, что есть. Но жизнь — это равновесие; в жизни если ты берешь, то должен и отдавать. Ты можешь взять, только если отдаешь. Кабир говорит: «Опустошай себя обеими руками». Чем более пустым ты будешь, тем больше наполнишься.
Так что глубинный смысл, скрытый в этих изречениях перевернутой флейты, состоит в том, что в день, когда ты станешь совершенно пустым, тебя заполнит целое. Секрет получения заключен в отдавании, секрет наслаждения заключен в способности к отречению, а растворить себя — значит стать целым. Но между двумя составляющими существует равновесие. Все пребывает в равновесии.
Конечно, мы можем увидеть, как дождь падает с неба, дожди нектаром проливаются на землю; но земля не только берет, она должна и отдавать. Если бы земля не отдавала, небеса скоро очистились бы от облаков и дожди бы прекратились. В сущности, облака — это дар природы; каждый листик возвращает воду. Ты этого не видишь... это другое дело. Но если на закате ты сядешь под деревом и посмотришь на его листья, ты увидишь, как с них испаряется вода.
Все, что земля получает, она отдает обратно. Так что земля — не только получатель, и если она радуется дождям, льющимся с небес, происходит и обратный процесс: небо радуется, когда земля возвращает воду. Между небом и землей существует любовная связь; они слились в нежном объятии. Вот почему старые священные книги называли землю женщиной, а небо — мужчиной. Они заключили друг друга в объятья, сплелись в грандиозном акте любви. Есть отдавание и получение, поскольку любовь нельзя удержать одним отдаванием или одним получением. Для ходьбы нужны обе ноги; для плавания — обе руки. Чтобы летать, понадобится два крыла.
И мы видим, как радуется природа, когда идет дождь. Сухих листьев больше не видно, везде только зелень.
Все это происходит прямо сейчас, ведь начинается сезон дождей и небо готовится оросить землю. Приветствуя его, зазеленели деревья, распустились цветы, радостно защебетали птицы, павлины распустили свои хвосты — вся земля приветствует дождь. Земля ждала, в ней стало меньше жизни, казалось, что она задыхается. Все накалилось, на земле повсюду появились огромные трещины — ее томила жажда, во всех смыслах. А теперь, когда из туч льется дождь, повсюду распространяется довольство. Но это лишь одна сторона — то, что небо проливается дождем и земля этому радуется.
Есть и другая, которую ты, возможно, не видишь. Тот, чьи глаза открыты, видит и эту другую сторону. А пророк, мистик — это человек, чьи глаза открыты. Он видит, что, когда земля перестает отдавать, небо тоже печалится. Он видит пустоту неба, когда земля не отдает, избегая встречи с ним. Он видит, что небо точно так же страдает; ему больно, когда земля не отдает, оно корчится в тех же муках, что и земля, когда с ней не делится небо. Так что земля тоже отдает.
Ганг несет свои воды к океану — все ганги текут к океану — и что же он сделает? Он примет в себя Ганг и отдаст его небу. Так снова образуются тучи, соберутся на небе, земля вновь позовет его, снова прольется дождь, и Ганг опять понесет свои воды к океану. Это круговорот, круг отдавания и получения. И в этом круговороте не бывает даже хминутной остановки. Называется этот круговорот — блаженство, а несчастье — это то, что случается, когда он прерывается.
Но почему Кабир об этом говорит? Ему не интересно рассуждать о географических явлениях, он не проповедует истину о земле и небе, он говорит о тебе. Внутри тебя тоже есть земля и небо. Тело — это твоя земля, душа — это твое небо, то, что мы называли антаракаш, внутреннее небо, — а между ними происходит великое взаимодействие, состоящее из отдавания и получения. Но часто случается так, что твоя душа много дает телу, твое внутреннее небо много дает земле, что внутри тебя, но тело не способно отдавать в ответ. То, что должна отдавать твоя внутренняя земля, теряется где-то в пустыне мира. Эта река не добегает до океана; вместо этого она пересыхает где-то в пустыне. Твой внутренний процесс отдавания и получения где-то прервался. Круговорот, который ученые называют экологией, был нарушен, потому-то ты и страдаешь.