– Бледнолицый должен ответить за смерть вождя! – бросил Джонсону воин-могавк, замахнувшись томагавком.
– Братья, как вы можете так относиться к пленному вождю французов? – тревожно спросил Джонсон, надеясь отговорить индейцев. – Ведь не он убил вашего вождя, а вон тот человек, – он махнул шпагой на мертвого гренадёра, тело которого застыло неподалёку.
– За смерть вождя племени платят кровью белого вождя! – индейцы твёрдо стояли на своём. Тогда Джонсон попытался достучаться до них по-другому.
– Если вам нужны трофеи, вы можете скальпировать других, но ему нанести обиду я не позволю! У нас, ваших братьев, существует такое понятие, как кодекс войны, которое мы соблюдаем. Этот кодекс подобен вашим обычаям, так прошу вас не нарушать его. Я всегда был на вашей стороне, братья, но сейчас я не могу себе позволить вам нарушить мои обычаи. Ведь, если мы будем нарушать обычаи друг друга, то скоро начнётся новая война, которая принесёт крах нашей и вашей цивилизации. Нужно ли оно вам?
Индейцы стояли в раздумьях, обдумывая каждое слово бледнолицего союзника. Посмотрев в сторону раненого Дискау, они плюнули в его сторону и ушли собирать трофеи с тел убитых. Барон Дискау был спасен сэром Джонсоном, а сражение подошло к концу.
***
Дюкасс сумел остановить отступающих солдат, когда они пробежали уже несколько миль от озера. Собрав всех, кого он только смог, майор решил не оставлять район беззащитным, и тогда, через несколько дней блуждания по землям Дюкасс остановился в местечке, известном как Тикондерога, чтобы построить форт, который вскоре станет известен под именем Карильон. Фундамент для форта был заложен на холме рядом с развилкой рек. Начались мелкие застройки. Благодаря этому форту, французы могли противостоять наступлению англичан вверх по реке – именно так и размышлял Дюкасс, и с местом постройки он не прогадал.
Британцы же не смогли развить успех после победы дальше. Приближались холода, а у Джонсона не было ни провианта на долгую экспедицию, ни тёплых одежд для солдат. Он приказал начать строить новый форт на побережной части озера, который будет назван Уильям-Генри. Так закончилось наступление англичан по четырём сторонам – лишь один Монктон достиг успеха, захватив Акадию. Остальные же военачальники не преуспели: Брэддок был разбит на Мононгахеле, Джонсон не захватил Краун-пойнт, но выстроил два форта, чтобы контролировать долину озёр, а Ширли так и протоптался в Освего, также отстроив цепь фортов, где концентрировалось войско для похода на форт Ниагару. Главнокомандующий французов, барон де Дискау, был эвакуирован во второй дом Джонсона в Олбани, где чиновник окружил пленного военачальника лучшими врачами. Маркиз Дюкен оставил пост губернатора Новой Франции, и на смену ему прибыл другой – Пьер де Риго маркиз де Водрёй. Кампания англичан 1755 года подошла к концу.
Примечание
5 – независимые морские роты – колониальные солдаты, служившие в Новой Франции, которые считались регулярными пехотинцами (как 50-й и 51-й пехотные английские полки, сформированные в Америке). Хоть морские роты и считались регулярными подразделениями, маркиз де Монкальм всё же отзывался о них, как о милиционных отрядах, потому потенциал рот был раскрыт не до конца. Скорее всего, французский главнокомандующий так отзывался о НМР из-за их принадлежности к генерал-губернатору Водрею, так как Монкальм всю свою службу в Америке враждовал с губернатором Новой Франции. Служили на протяжении всей Франко-индейской войны, вплоть до подписания Парижского мирного договора.
Глава 13. Под звездным небом...
У беседки, из которой открывался прекрасный вид на реку, и которая стояла неподалёку от усадьбы капитана Гуса, возились несколько человек, растаскивая тяжёлые ящики с повозки. За их работой наблюдал Уильям в своём офицерском мундире, активно руководя разгрузкой заказанного из Бостона оборудования.
– Аккуратнее! Прошу вас, только ничего не разбейте! – приговаривал юный лейтенант рабочим, которые то и дело стучали краями длинных ящиков о деревянные столбы беседки. Некоторые из рабочих решили дать себе отдых и стояли у перил беседки, потягивая спину и встряхивая руками. В основном, работали только молодые, а старые лишь следили за их работой, изредка помогая товарищам.