– …если бы её не открыли раньше, – Уильям начал подводить свой рассказ к заключению, – то я бы назвал её сейчас как-нибудь по-другому.
– Например, как? – заинтересовалась Джейн, оторвавшись от волшебного агрегата и посмотрев на Уильяма.
– Каким-нибудь красивым и прекрасным именем. Например, Джейн… – сказав эти слова, Уильям наблюдал, как девушка начинает смущаться и краснеть.
На её лице вырисовалась приятная, красивая улыбка, глаза её засияли с новой силой. Уильям не знал, что говорить дальше, поэтому молча взял её за холодную руку. Джейн сжала пальцами ладонь Уильяма – это был последний знак, какой только ожидал юноша.
– Милая Джейн… – после паузы начал говорить Уильям. – Я… я хочу вам кое-что сказать. Точнее, кое в чем признаться.
Девушка молча слушала его, боясь неловким словом или фразой нарушить эту романтическую атмосферу.
– Я не могу больше молчать. Джейн, вы милы моему сердцу, и мне кажется, что я люблю вас всей душой. Но я всегда боялся вашего отказа, да только душе станет легче, если сказать эти заветные слова, которые я вам хотел произнести уже давно, чем молчать сто лет, живя в сомнениях и страхе…
Джейн по-доброму улыбнулась, продолжая смотреть в глаза Уильяму, но вдруг улыбка сползла с её лица, а взгляд опустился на деревянный пол беседки. Уильям испуганно спросил, всё ли в порядке, после чего добавил:
– Я готов поклясться своей честью в правдивости моих слов. Вы пробудили во мне тёплые чувства, и я бы хотел отблагодарить вас за это. И даже хотел бы разделить с вами всю оставшуюся жизнь, если вы согласитесь на это, и чувства ваши взаимны моим. Прошу, скажите хоть слово!..
Джейн продолжала смотреть вниз с какой-то грустью, после чего подняла голову и их взгляды встретились. Она смотрела на него с тем же теплом, с каким он смотрел не неё. Уильям понял, что она хочет ему что-то сказать, но не может подобрать нужных слов.
– Дорогой Уильям… – прошептала она, улыбнувшись. – Я очень счастлива слышать эти слова, но… не стоит бросаться клятвами налево и направо. Многие клянутся честью, но не каждый способен сдержать такую клятву…
– Клятв не держат трусы и те, кому не знакома честь, – уверенно ответил Уильям, следя за эмоциями девушки.
– Нет, дело не в этом. У всех и каждого своё понимание чести. Вы, например, разобрались в себе? Вы можете назвать себя человеком чести? Молчите. Так вот, не бросайтесь такими сильными словами на ветер, не разобравшись в их сути до конца…
– Так ваши чувства взаимны или нет? – с волнением спросил юноша. Его сердце бешено билось в груши, готовое выпрыгнуть на волю, проломив твёрдые рёбра.
Джейн думала, что сказать, и, наконец, ответила:
– Мои чувства к вам близки вашим, они такие же тёплые и приятные. Но я… мне нужно для начала разобраться в себе. Это не отказ, милый Уильям, вовсе нет. Это лишь значит, что мне нужно время, чтобы все обдумать. А пока… спасибо вам, за этот прекрасный вечер, я обещаю, что запомню его на всю жизнь. Но мне уж очень хочется спать, глаза невольно закрываются. Думаю, что пришло время вновь расстаться.
– Джейн, милая, позвольте хотя бы проводить вас до дома!
– Я… я только с радостью. А его, – Джейн кивнула на телескоп, – его не украдут?
– Все думают, что это собственность капитана Гуса. Уверен, навряд ли кто-нибудь осмелится перейти дорогу наместнику. Тогда давайте пойдём… – Уильям вдруг неожиданно увидел вдалеке приближающуюся фигуру в красном одеянии.
Кто-то неторопливо шёл в сторону усадьбы, размахивая руками, точно на прогулке.
– Там кто-то идёт! – зашептал Уильям, указывая на красный силуэт.
Девушка обернулась, бросила беглый взгляд, и они вместе, держась за руки, сбежали из беседки и спрятались в кустах. Фигура постепенно приближалась, и вскоре мимо спрятавшейся пары бодро прошёл толстый офицер, чьё пузо колыхалось над затянутым ремённым поясом.
– Капитан Гус? – определил личность внезапного нарушителя романтической обстановки Уильям. – Что он тут делает?
Гус шёл, бодро напевая себе под нос мотивы марша «Британские гренадёры», вышагивая в такт своего бубнежа. Он прошёл мимо кустов и остановился у беседки, увидев установленный там огромный агрегат. Капитан с интересом подошёл к нему, аккуратно потрогал рукой корпус телескопа, заглянул в окуляр и через несколько мгновений отхлынул от него. Пожав плечами, он двинулся к своей усадьбе.