Постепенно наступил апрель, и таяние снега на дорогах, полях, деревьях и домах ознаменовало нарастающую устойчивость весны в Америке. Хоть теперь и было много грязи, людям это не мешало заниматься привычными весенними делами. Каждый день сельчане крутились у себя на участках, сажая пшено, овес да овощные культуры; стали чаще выводить скот на поля. Коннектикут постепенно просыпался после своей зимней спячки. Близилась пасха, её в 1756 году справляли 14 числа апреля месяца.
В один привычный день Уильям позвал Джейн Стронг прогуляться, однако основной его целью было решение важного вопроса касательно их дальнейших отношений. Прогуливаясь по грязи дорожек, шлепая сапогами, периодически перебегая огромные лужи по набросанным деревянным дощечкам, они кружили по всему селению. Юноша созрел для поднятия столь серьезной темы.
– Послушайте, мисс Стронг, – обратился он к девушке, когда та загляделась на пасущихся вдалеке коз.
– Да, Уильям? – как бы невзначай оглянулась она на него и мило улыбнулась.
– Меня долгое время терзает вопрос, который касается нас обоих, – ответив улыбкой на улыбку милой, признался Уильям. – Полагаю, что прошло уже достаточно много времени для того, чтобы вы приняли решение, ведь так?
– Ах, вы об этом, – понятливо кивнула Джейн, поправляя локон рыжих волос, который съехал ей на лицо. – Честно сказать, я все ещё не уверена…
– Но как же так? Я думал, что вы сможете ответить мне практически после Рождества Христова. А ведь уже апрель! Неужто я не мил вам?
– Нет, что вы? Вы очень приятны мне и милы. Меня вполне устраивало наше совместное время препровождение, благодаря вам я научилась играть на фортепиано. Однако, всё же…
Она не договорила. Её перебил кузнец Дэйв, который сейчас находился в своей кузне у наковальни, рядом с ним находился преподобный Говард. Парочка как раз проходила в сторону небольшой торговой площади, и путь их лежал мимо кузницы.
– Мисс Стронг! Лейтенант Дэниелс! – позвал их Дэйв, вытирая полотном грязные от работы руки. – Доброго вам дня! Куда идете? А я вот ружье мистера Говарда латаю… интересный образец, старше меня определенно.
– Да-а, – кивнул здоровяку пожилой преподобный. – Мое трофейное, когда я ещё на службе состоял.
– И тебе того же, Большой Дэйв! Здравствуйте, преподобный, – помахал рукой в ответ Уильям и обратился к спутнице, – Давайте ускорим шаг, иначе кузнец с мистером Говардом нас заболтают…
Джейн усмехнулась и, придерживая платье, чтобы не забрызгать, зашагала вместе с юношей быстрее. Они миновали кузницу и вышли к маленьким торговым рядам, где уже расположился десяток торговцев. Местные купцы давно уже развернули свои лавки да стеллажи, едва лишь стало потеплее. Сейчас на этом базаре было очень мало покупателей, только женщины с детьми, выбравшиеся в свободное от работы время на импровизированный рынок. Где-то в сторонке, опустив мушкеты вниз или поставив их прикладами на землю, расслабленно стояли четверо мундиров. От скуки они беседовали о чем-то своем, ведь охранять на деревенском базаре было практически нечего – все знают друг друга в лицо, а воров и карманников тут поменьше, чем в городе.
– Так готовы ли вы дать мне точный ответ? – вновь спросил Уильям у Джейн. – Сколько мне ещё кормиться надеждами?
– Прошу, Уильям, поймите меня. Мне очень трудно принимать столь сложное решение. Необходимо ещё немножко времени.
– Но сколько же мне ещё ждать? – задал новый вопрос юноша, начиная слегка беситься. Вдруг их вновь прервал какой-то вопль и недовольный крик, исходящий из торговых рядов. Уильям обернулся в поисках источника этих звуков и увидел капитана Гуса, который стоял у одного из прилавков. За этим прилавком торговал в основном ювелирными безделушками Дрейк, брат кузнеца. Капитан кулаком сшиб с прилавка футляр, в котором лежало несколько украшений, и завопил на щуплого торговца.
– Что ты буркнул?! Да как ты смеешь, мерзавец! Критиковать власть королевских подданных в колониях – подстрекательство к мятежу! А ну, иди сюда! – Гус неуклюже решительно зашагал за прилавок, но перепуганный Дрейк сиганул через свой пост, оказавшись по другую сторону от разозленного капитана. Того это ещё больше взбесило: