Когда в подворье явился Уильям со своей охраной, барабанщик сидел на лавочке, одетый в красный жилет и сорочку, на плечах висел белый китель мундира. Он сидел, строгал ножом по толстому бруску – выстрагивал маленькие фигурки солдатиков, чтобы подарить их потом пятилетнему сыну хозяина подворья. Другого занятия барабанщик найти себе не мог – на огородах и пашнях бравому служивому возиться было не в чести. На расспросы Уильяма тот лишь незадачливо пожимал плечами, говорил, что понятия не имеет, зачем Гусу требовался второй отбойный бой. Обмолвился лишь, что такие просьбы изрядно надоели, и барабанщик, хоть и исполнял приказы, капитана недолюбливал и начал презирать своего командира. Расследование Уильяма зашло в тупик, и юноша вернулся к полковнику ни с чем. Дела у того тоже не складывались должным образом.
– Пёс их знает, этих колонистов, – ворчал устало Монро, но не подавал виду о своем недовольстве, – у каждого свои причуды. Опросили всех сельчан и началась неразбериха – первый брешет одно, второй – другое, а третий опровергает слова первых двух и предлагает свои слухи. Единственное, что удалось выяснить – капитан тайно крутил романы с тремя женщинами. Одна из них живёт далеко от места убийства, чуть ли не в противоположном конце деревни, остальные две – рядышком; вдова и замужняя женщина. Вот и думай теперь, с кем встречался тайно наш доблестный капитан, и кто устроил ему такую позорную кончину…
Выслушав полковника, Уильям изложил показания барабанщика, а затем, когда Монро уже было отчаялся, предложил идею Калеба. Старый офицер тут же ободрился, морщины на его лице расплылись в улыбке.
– Этот ваш мистер Кэймскроу – чертов гений, Уильям, – удовлетворенно воскликнул Монро, – Что ж, теперь остаётся только ждать празднования, а пока приведите ко мне того барабанщика. Я попрошу его пробить лишний отбой в последний раз.
В конце дня протестантские сельчане стекались на вечернюю молитву к церкви, которую преподобный, как и обещал, подготовил к служению. Началось пасхальное богослужение, люди все вместе читали молитву, а отец Говард читал писания о чудесном воскрешении Христа, в честь коего явления и был устроен этот праздник. В церкви были служивые, в том числе и Уильям. Без какого-либо оружия они сидели на скамьях среди горожан и вслух шептали сокровенную молитву. Был среди них и полковник Монро. Его, в отличие от убитого Гуса, народ встречал тепло, с улыбкой на лице желал здравия пожилому воину. Вскоре все, кто возжелал присутствовать на служении, закончили молитву, выслушали вновь подготовленную речь преподобного падре, а затем отправились вновь на торговые ряды – продолжать празднование. Монро поймал Уильяма на выходе из церкви. За полковником по пятам ходил гренадерский сержант, которого звали Элмерс. Красив, но все же чем-то он походил на скелет: тощий, но все равно прямой и статный, скулы были настолько остры, что ненароком о них можно было порезаться, глаза были непривычно большими, словно вот-вот вылезут из орбит гренадёра. Элмерс всегда ходил прямо, держа осанку. В служивых кругах над ним подшучивали, будто в детстве он был низеньким и толстым, но, когда Элмерс чем-то провинился перед строгим отцом, тот с горяча подвязал сына к двум лошадям и погнал их в разные стороны, что растянуло бедолагу – он стал высоким, но худым. В высокой меховой гренадерской шапке Элмерс казался великаном.
– Барабанщик ждёт нас на торговых рядах, – говорил Уильяму Монро, провожая взглядом уходящую на празднование галдящую толпу. – Сейчас мы втроём идём туда, встречаемся, и я велю ему просигналить отбой. Наша задача – проследить за теми тремя подозреваемыми женщинами. Если вдруг одна всполошится, занервничает – значит, она и убийца.
– Сэр, вы считаете, что кто-то из любовниц мог убить капитана? – поинтересовался Уильям, удивившись необычному списку подозреваемых.
– Да, считаю, – полковник кивнул головой, – Гус потерял своё прежнее влияние, чем также потерял и уважение дам. Все мы знаем, что он был невежей и не знал отказа, из-за чего при встрече начал приставать к любимой даме, а она в целях защиты, испугавшись, забила офицера. Этот вариант развития событий придумали мы с сержантом Элмерсом, – Монро кивнул на гренадерского подофицера.