– Король Франции не вы, милейший, а Людовик XV, осмелюсь напомнить, – дерзил губернатору генерал. – К слову, в его указе говорится, что все регулярные войска в колониях переходят под сугубо мое командование. В вашем распоряжении остаются некие колониальные солдаты… как их там? – обратился он к капитану Бугенвилю, который уже успел ухватить где-то фужер с вином.
– Независимые морские роты, мсье Монкальм, – подсказал капитан генералу, довольствуясь тем, что Монкальм обращается к нему, как к другу.
3 апреля 1757 года Монкальм, Бугенвиль и несколько батальонов отбыли из Франции в колонии. Генерал и капитан, незнакомые друг с другом, плыли на корабле «Ликон», отправленном из Бреста. Первая неделя путешествия оказалась довольно приятной, командиры наслаждались прекрасной морской погодой. В понедельник, 12 апреля, начался ужасный шторм, не прекращавшийся девяносто часов. Атлантика продемонстрировала свое величие во всей красе, подвергнув жизнь французского военачальника опасности. Дни шторма, который беспрестанно шел сутками напролет, прозвали Страстной Неделей. Все страдали от ужасной морской болезни, секретарь командующего не мог ничего есть в течение целой недели. Один из его лакеев был на грани смерти, потому что пища не могла удержаться у него в желудке, в течение семнадцати дней он жил исключительно на одной воде.
Относительно не пострадали во время плавания только Монкальм и Бугенвиль. В период с 27 апреля до 4 мая погода резко изменилась. Наблюдался густой туман, стало ужасно холодно, в океане появились мириады айсбергов, которых «Ликону» посчастливилось избежать. 30 апреля, когда туман на короткий период рассеялся, они насчитали вблизи корабля шестнадцать айсбергов, с одним из которых едва не столкнулись. Французов спасло лишь то, что палубный офицер крикнул: «Лейтенант!..»
Монкальм писал жене: «Мне совсем не понравилось море… Нескоро смогу я забыть эту Страстную Неделю». Но именно благодаря этому шторму генерал Монкальм и капитан Бугенвиль очень быстро сблизились и сделались друзьями. Но после услышанных слов генерала де Водрей никак не мог расположиться к командующему. Указ короля взбесил губернатора, Монкальм ставил под угрозу репутацию маркиза де Водрея как главнокомандующего и правителя в одном лице. Но никто из военных не обращал больше на генерал-губернатора внимания.
– Представьтесь, господа, – вежливо попросил Монкальм у де Лери и Дюкасса.
Инженер обрадовался, что появился новый человек, кому можно рассказать о подвиге французов весной, о разгроме форта. Де Лери рассказывал всё в подробностях, не умалчивая ни о чём – надо было зарекомендовать себя перед новоприбывшим генералом. И ему это удалось. После выслушанного рассказа Монкальм решительно нацелился на завоевание территории Освего.
Глава 24. Ан-гард!
Предложение полковника Джорджа Монро встать во главе селения Коннектикута долго терзало Уильяма. После слов отца о двух сторонах монеты Дэниелс размышлял несколько дней, рассматривая тот или иной исход от его принятого решения. Да, полковник был властным человеком, и становление юноши в качестве наместника целой, хоть и малой, деревни, было ему вполне по силам. Чин капитана также скрашивал эту прерогативу, однако Уильям никак не мог решиться взвалить такую ответственность на свои плечи. Безусловно, он знает, как задобрить сельчан, как войти в положение главы деревни, но каким именно образом юноша будет исполнять свои обязанности? Выслушивать жалобы недовольных и исполнять просьбы нуждающихся – всё стоит денег, которых у Уильяма имелось не в огромном достатке. Просить субсидий из колониальной казны было делом правым, ведь кто другой, как не колониальный губернатор, должен заботиться о благосостоянии вверенных ему жителей? И все же, запрос, получение немалых сумм было делом кропотливым. Зная, в каком сейчас положении губернатор Ширли, и что чиновников не столь сильно волнует благосостояние деревенских, сколько горожан и ведение войны, Уильям не мог мысленно найти способа раздобыть приличных деньжат. Поэтому, учитывая побочные вопросы наместничества, Дэниелс был вынужден отказаться от этого щекотливого предложения полковника Монро, сославшись на то, что сельчанам будет проще самим справляться с собственными проблемами. Так и выходило: после смерти Гуса к Монро ежедневно наведывались старейшины с требованием отдать правление деревней в их руки, не оставляя никаких наместников на посту. К тому же у местных уже был собственный кандидат на пост мэра – старый фермер, некогда служивший при Капитолии, но по причине возраста и выхода на пенсию оставивший столь благодатный пост. Бывший секретарь при правлении несколько лет назад скопил небольшое состояние, продал свой дом в городе и перебрался в деревню от суматох и суеты, выкупил акры земли и построил свою ферму. Все знали этого старца как одного из самых мудрых и добрых – к нему за советом приходили даже дети, а в помощи старый фермер не отказывал никому. Образованность, харизма старца и одобрение сельчан были главными факторами, чтобы занять заслуженный пост мэра. Посоветовавшись с Уильямом и гренадерским сержантом Элмерсом, полковник решил избавить сельчан от солдатского присмотра, хоть и был этим не слишком-то доволен. Но на этом тихой и мирной жизнью Уильяму не светило. Зловредная фортуна приготовила новые каверзы…