Выстрел из кустов и упавший капитан всполошили рекрутов не на шутку. Колонисты испуганно замотали головами, снимали с плеч неудобные мушкеты, взводили курки. Конь под Уильямом испуганно заржал, замотался из стороны в сторону.
– Тише, тише! – приговаривал ему Уильям, задирая поводья кверху, но скакун не слушался. Дэниелс сам пытался успокоиться, а перепуганный выстрелом конь только усугублял ситуацию.
– Кто стрелял? – громко спросил Уильям, глубоко в душе надеясь, что это кто-то из рекрутов случайно спустил курок. Вдруг раздался новый выстрел из кустарников, и испуганный конь вовсе потерял самообладание. Он зашатался, мотая своего всадника, а затем свалился наземь, придавив тушей ногу Уильяма. Дэниелс глянул на косматую шею – в ней зияла рваная дыра, по шее стекала кровь. Целились не в коня: целились в офицера.
– Тревога! Тревога! – закричали колонисты и начали стрелять наугад в сторону кустарников, и тут же раздались ответные выстрелы. Регулярные солдаты кинулись на помощь своему командиру, приподняли умирающего коня и помогли лейтенанту подняться на ноги. Выбравшись из-под туши скакуна, Уильям начал быстро озираться и увидел между деревьев и кустов полуголые индейские тела. Мелькали и белые мундиры французов. Рекруты окончательно потеряли самоконтроль и стреляли по собственной инициативе, оставаясь при этом на просеке открытыми.
– Оружие к бою! – приказал Уильям красным мундирам. Вскинутые мушкеты защелкали курками. – По двое! – солдаты выстроились парами в два ряда по обе стороны от офицера. Первый ряд присел на колено, давая второму возможность вести стрельбу по неприятелю.
– Готовься! – отдавал указания Дэниелс. Он забыл о сабле, без дела болтавшейся на поясе, и поднял пустую руку в воздух. Рекруты тем временем под огнем смещались ближе к короткой цепи регуляров. Отряд нес потери.
– Целься! – восемь мушкетов опустились и смотрели прямо в сторону кустарников и чащи, где между деревьев мелькали вражеские солдаты. Французы и индейцы, почувствовав отступление противника, начинали постепенно наступать.
– Огонь! – махнув рукой, рвал глотку Уильям. Курки щелкнули, и каждое дуло огрызнулось оловянной пулей. Солдаты синхронно сделали общий залп и начали перезаряжаться. Рекруты валились замертво под вражеским обстрелом, численность их постепенно уменьшалась. Переполошенные колонисты стреляли в слепую и наугад. Уильям увидел паренька четырнадцати лет, старательно продавливавшего шомпол в ружье. Дэниелс выхватил мальчишку из неуправляемой кучи рекрутов и, перекрикивая залпы, громко приказал:
– Беги к колонне, предупреди их о неприятеле, и пусть полковник вышлет подкрепление! Понял? Пошел! – он хлопнул паренька по плечу, и тот побежал в обратную сторону, навстречу остальному многочисленному отряду. Солдаты тем временем успели перезарядить мушкеты и были готовы дать новый залп.
– Готовься! Целься! Огонь! – вновь приказывал Уильям двойной цепи стрелков. Мушкеты огрызнулись линейным огнем, затем регуляры снова приступили к перезарядке. Вблизи послышался глухой звук, солдат из второго ряда вскрикнул и свалился назад. У другого бойца меткий французский выстрел сбил треуголку с головы.
Из чащи раздалось торжественное улюлюканье, и из зеленых кустов на оборонявшихся англичан выбежали индейцы с мушкетами, томагавками и дубинами в руках. Скудный отряд рекрутов, некогда насчитывавший около тридцати человек, теперь состоял из двенадцати. Колонисты скосили троих бежавших индейских воинов, но настрой дикарей такие потери не сбили. Их интересовали только будущие скальпы и трофеи. Вслед за вражескими туземцами из укрытий показались и канадцы с французскими солдатами.
– Штыки к бою! – отчаявшись, закричал Уильям. Поколебавшаяся цепь солдат оставила перезарядку, и на концах стволов мушкетов засверкали длинные острия штыков. Надо было дать отпор наступавшим. Силы и так чертовски неравны, но что остается делать? Индейцы уже настигли рекрутов, и между ними завязалась жестокая схватка.
Дэниелс вдруг вспомнил о заряженном пистолете на поясе – в пылу битвы он напрочь забыл о нем. Выхватив из кобуры кремневый пистолет, Уильям скомандовал «В атаку!», и англичане побежали навстречу врагу. Солдаты пробились сквозь оторопевших от страха колонистов и ринулись в бой. Уильям и сам не заметил, как ноги понесли его навстречу верной погибели, но эта мимолетная мысль быстро выветрилась из головы, а рука уже подняла пистолет прямо. Большой палец правой руки взвел курок, дуло наконец поймало бежавшего индейца с томагавком, и Уильям нажал на пусковой крючок. Пистолет глухо выстрелил, испуская небольшое облачко полупрозрачного дыма, и пуля поразила дикаря в грудь. Дэниелс посреди боя начал перезаряжать пистолет, надеясь отправить ещё одного врага на тот свет.