– Не желаешь ли выпить? – спросил Сэм у Уильяма.
– Разве что только кружку эля, – пожал плечами Дэниелс.
Сэм кивнул и прошёл к бару. За барной стойкой стоял молодой человек, около двадцати лет возрастом, одетый в нарядный жилет поверх белой рубахи. Он активно протирал вымытые металлические кружки и, завидев новых посетителей, подошёл к стойке поближе с приятным выражением на лице.
– Добрый вечер, господа! Рады приветствовать вас в «Игральной кости»! – заговорил бармен. – Чем могу служить?
– Подайте две кружки эля, – сказал Сэм юноше.
Бармен тут же достал две металлических кружки, откупорил бутылку и разлил в кружки эль, после чего предложил их посетителям.
– Два шиллинга, сэр, – назвал юноша цену за эль.
Сэм отсчитал из кошеля две чеканные монеты и положил на барную стойку перед юношей. Юноша смахнул монеты и отошёл от посетителей, сделавших заказ.
– Не знаю, когда я смогу отдать тебе за этот эль, – отпивая слабый алкоголь из кружки, сказал Уильям. – С жалованием сейчас всё не совсем гладко…
– А что у тебя с жалованием? Проблемы? – поинтересовался Сэм.
– Дело в том, что денег не хватает. Когда я заступал на службу, за апрель заплатили около двух фунтов. Но и это продлилось недолго, и жалование постепенно сокращалось до фунта за май. Нам, рядовым солдатам, выплачивают по два-три шиллинга за день. Не знаю, как тебе, но мне фунта хватит, максимум, недели на две, если тратить деньги с умом. Благо, отец всегда может поспособствовать с деньгами, но я не хочу выпрашивать у него слишком много…
– Не знаю точно, как дела обстоят у рядовых… – начал рассказывать Томас. – Но у командиров и офицеров низких рангов дела обстоят не лучше. Лейтенантам платят по семь шиллингов в день. Капитанам – по десять. Мне, как полковнику, полагаются десять фунтов в месяц. У генералов, кажется, в месяц выходит… точно не скажу… В общем, я бы советовал тебе сделать вклад в банке. Как раз и денег скопишь, и сумма будет не смешная! Ну, что ж… давай-ка лучше шары погоняем… – и Сэм, допив кружку эля, повёл друга наверх, к бильярдным столам.
На втором этаже бурлила игровая жизнь; больше десяти человек слонялись туда-сюда: от бильярдных столов к картам, от карт к игре в дартс и так далее. Помимо аристократов и других джентльменов, присутствовала и парочка людей, которые были явно небогаты и не выходцами из достойных семей. Они вдвоём играли в бильярд, хохоча на весь этаж и воняя перегаром, из-за чего на парочку то и дело бросали недовольные взгляды остальные посетители.
Сэм и Уильям заняли стол, разложили красные шары треугольником в центре, поставили напротив белый шар и разобрали по кию. Броском червонца друзья определили, кто бьет первым. Первый удар достался Сэму. Смазав конец кия мелом, Сэм неспешно приготовился разбить шары. Он положил между пальцев левой руки кий и нацелился на белый шар. Сконцентрироваться ему помешал гогот пьяных фермеров или охотников, что нарушали игровую атмосферу и мешали другим игрокам. Сэм бросил на них гневный взгляд, но ничего не сказал. Резким ударом он запустил белый шар в треугольник красных, разбив их строй, но ни один шар не залетел в лузу. Настал черёд удара Уильяма.
Повторив действия друга, Уильям приготовился ударить. Нацелившись, он послал белый шар в то место, где остались неразбитыми четыре шара. Точный удар разогнал шары по зелёному полю, отослав один в лузу.
– Хороший удар… – похвалил Сэм.
Уильям же переместился по борту поближе к белому шару и снова приготовился бить. Удар – ни один шар не достиг лунки на этот раз.
– Начал за здравие… – усмехнулся Уильям.
Сэм снова протер кончик кия мелом, занял удобную позицию, прицелился, и в момент удара снова раздался громкий хохот той парочки, и кий соскользнул с белого шара, запустив его не по задуманной траектории. Сэм снова раздраженно посмотрел на фермеров, тяжело вздохнул и нарочно громко сказал Уильяму:
– И какое же у нас, всё-таки, культурное население! Смеются на весь салон, другим мешают, манерные!
Эти слова пришлись не по нраву пьяницам. Они одновременно посмотрели на обидчика, отложили в сторону кии и подошли к столу Уильяма и Сэма. Один из них среднего роста, крепкого телосложения, второй – повыше, пощуплее своего товарища. Тот, что ниже, оперся руками на стол и обратился к Сэму: