Но об этом чуть позже. Расскажу о предстоящем походе побольше. Главнокомандующий собрал почти две тысячи солдат под своим командованием. Ему в помощники прибыло около девяноста офицеров! Не знаю, как долго мы будем идти, но поговаривают, будто дойдём к долине Огайо в начале июля. Нам снова предстоит долгий переход, от которого на душе не лучше. Надеюсь, что Вы прочтёте это письмо в скором времени, и будете ждать новой весточки от меня. Я напишу сразу, как только мы остановимся в каком-нибудь городке… или же из форта Дюкена, когда мы его завоюем.
Больше всего я с нетерпением жду нашей следующей встречи. Не могли бы Вы рассказать что-нибудь о себе? И как смотрите на то, что я – военный?
Кто знает, может, как только мы установим контроль над долиной Огайо, я смогу отпроситься и приехать в Коннектикут к Вам? Как говорится, поживем – увидим. И забыл сказать, у Вас такой прекрасный голос, который до сих пор звучит… для меня!
С уважением, Уильям Дэниелс».
Войсковой курьер отбывал во второй половине дня, так что Уильям попросил одного из сослуживцев отнести письмо на почту, откуда курьер забирал все остальные весточки. Боль в спине потихоньку утихала, и к вечеру Уильям мог, не шатаясь, спокойно стоять на ногах.
Вечером к форту подошла группа союзных англичанам индейцев из племени минго. Вождь Скаруди доброжелательно принёс Брэддоку вампум – индейский пояс, на котором по индейским обычаям вышивались различные знаки, обозначающие отношение индейцев к тому, кому подарен такой пояс. На вампуме были вышиты знаки дружбы и готовности к предстоящей битве, индейцы были готовы сражаться бок о бок с английскими «отцами».
В знак уважения минги устроили церемониальное представление за стенами форта. Индейцы выплясывали вокруг костра, голосами изображали звуки животных, демонстрировали свой воинственный дух. Брэддока пригласили, как почетного гостя. В окружении адъютантов и гренадёров, главнокомандующий забавлялся представлением, давил улыбку – происходящее неплохо его развеселило.
Пляски длились до полуночи, после чего Брэддок со своей свитой отправился отдыхать перед выходом в экспедицию.
На рассвете было очередное всеобщее построение, но теперь за территорией форта. Солдаты полка выстроились на поляне перед фортом, ожидая главнокомандующего. Было также заготовлено около ста пятидесяти возов и фургонов, на которых перевозили припасы, палатки и запасы пороха с пушечными ядрами. Пушечный парк составляли три орудия, в том числе, одна мортира. Пороха насчитывали 50 фунтов. Также в экспедицию входили лесорубы и полсотни женщин, в обязанности которых входила стирка, готовка и уход за солдатами.
Вскоре из ворот форта показался Брэддок со свитой. Рядом с ним шёл полковник Вашингтон и активно что-то доказывал главнокомандующему.
– …и поэтому, милорд, не стоит пренебрегать любой помощью, в том числе… – говорил Вашингтон, но юного офицера перебил главнокомандующий.
– Я уже сказал и скажу снова: Британская армия не нуждается в помощи индейцев! – теряя терпение, выговаривал Брэддок. – Я и так в знак уважения мингов, по доброте душевной, взял с собой восьмерых индейцев, в том числе и их вождя.
– Но, сэр… – снова начал Вашингтон, а Брэддок властно перебил его.
– Они будут служить нам в качестве гидов, и точка! Большего мне от них не нужно. Да и вообще, ещё пара десятков индейцев – это лишняя пара десятков ртов, на которые тоже надо выделять провизию! Все, Джордж, разговор окончен!
Генерал-майор вскочил на коня, проехался верхом вдоль строя солдат и, наконец, скомандовал:
– Господа! В путь! – и красные мундиры направились по дороге в лес, в сторону долины Огайо. Уильям маршировал в шеренге своего полка. Уолдроп разлучил его с Джонатаном и, особенно, с Ричардом, поменяв юношу местами с одним солдатом. Теперь справа и слева от юноши шагали незнакомые ему сослуживцы.
– Опять эта чертова лесная местность… – недовольно проворчал солдат, марширующий справа.
– Не переносите леса? – поинтересовался Уильям. Переход был на несколько недель, а скука наваливалась уже сейчас. Благо, хоть в данный момент не на параде, главнокомандующий не будет штрудить подчинённых за разговоры в строю.